Николай II. Отречение которого не было

Г. М. Катков справедливо считает эти сообщения ложными. Однако они ложны только в том смысле, что император Николай II не отдавал подобного повеления. Но это вовсе не означает, что проекта такого указа не существовало. Только автором его мог быть не Николай II, а другие лица, связанные, как с Рузским, так и с Родзянко. Вполне возможно, что народу готовили представить фальшивый царский указ о назначении Родзянко главой нового правительства. Но, даже если это было так, от этого проекта заговорщикам пришлось отказаться. В случае подобного ложного указа назначение Родзянко, даже фальшивое, было бы сделано от имени императора Николая II. Таким образом, царь сохранялся на престоле, и его отстранение становилось бы очень сложным. Поэтому сначала надо было создать в городе атмосферу полной революции, полного разрыва с Николаем II, чтобы на этом фоне объявление об его отречении не выглядело бы слишком внезапным.

Утром по приказу Родзянко в главном зале Государственной Думы из великолепной золоченой рамы, под отпускаемые шутки присутствующих, был извлечён портрет императора Николая II работы И. Е. Репина. Во время заседания 28-го февраля проколотый штыками портрет Государя валялся на полу за кресдом Родзянко. Как писал генерал Спиридович: «То, что произошло, красноречиво говорит, что у Временного комитета с Государем в уме уже покончено. Это понятно без слов»[1041].

В городе полным ходом шёл слом старой власти. В 16 часов толпа ворвалась в Адмиралтейство, в котором были арестованы военный министр Беляев, генералы Хабалов, Балк, Вендорф, Казаков. Таким образом, к началу 28-го февраля всё императорское правительство, за исключением министра иностранных дел Н. Н. Покровского и министра путей сообщений Э. Б. Войновского-Кригера, которые по всей вероятности были на стороне переворота, было арестовано. Это стало крупной победой революционеров.

Ещё утром революционный комендант Петрограда Б. А. Энгельгардт отдал приказ арестовать в доме № 41 по Знаменской улице Контрразведывательное отделение Штаба округа, с его начальником полковником В. М. Якубовым. При этом управление контрразведки было разгромлено. Арестовали генерала П. Г. Курлова, митрополита Петроградского и Ладожского Питирима (Окнова), председателя Союза русского народа А. И. Дубровина, члена Государственного Совета В. Ф. Трепова, всех офицеров Губернского жандармского управления. Начальник управления генерал-лейтенант И. Д. Волков был схвачен, изуродован и убит выстрелом в затылок. Жандармское управление было сожжено.

В Петрограде продолжались чудовищные расправы над офицерами, жандармами, полицейскими. Как вспоминал генерал К. И. Глобачёв: «Те зверства, которые совершались взбунтовавшейся чернью в февральские дни по отношению к чинам полиции, корпуса жандармов и даже строевых офицеров, не поддаются описанию. Они нисколько не уступают тому, что впоследствии проделывали над своими жертвами большевики в своих чрезвычайках. Городовых, прятавшихся по подвалам и чердакам, буквально раздирали на части: некоторых распинали у стен, некоторых разрывали на две части, привязав за ноги к двум автомобилям, некоторых изрубали шашками. Были случаи, что арестованных чинов полиции и жандармов не доводили до мест заключения, а расстреливали на набережной Невы, а затем сваливали трупы в проруби. Одного, например, пристава привязали веревками к кушетке и вместе с нею живьём сожгли. Пристава Новодеревенского участка, только что перенесшего тяжёлую операцию удаления аппендицита, вытащили с постели и выбросили на улицу, где он сейчас же и умер»[1042].