Читаем Николай Кузнецов. Строптивый ставленник Сталина полностью

Доклад Кузнецова произвел на Сталина хорошее впечатление. В отличие от других адмиралов, командующий 5-м ВМФ докладывал по существу, четко и лаконично. За всем этим чувствовался большой опыт прошлой службы и высокий профессионализм. При этом Кузнецов (судя по протоколам совещания) не ввязывался ни в какие адмиральские склоки, вел себя предельно корректно и с достоинством.

Двухдневное общение с переругавшимися между собой адмиралами показало Сталину, что достойной кандидатуры на пост министра среди бывших фаворитов нет. Исакову не позволяло плохое здоровье, а Головко потерял доверие Сталина, попытавшись ввести его в заблуждение относительно характеристик нового эсминца 30-бис. Октябрьский был склонен к интригам, как и Абанькин. Адмирал Г. И. Левченко показал себя неплохим практиком, но только в решении конкретных узких задач. То же можно было сказать о командующих флотами адмиралах В. А. Андрееве, И. И. Байкове, Н. Е. Басистом, В. И. Платонове и Н. М. Харламове.

Лучшим кандидатом оставался Кузнецов, все еще пребывавший в опале.

После совещания была сформирована комиссия, которой предстояло подготовить постановление правительства и предложить и кандидатуру нового военно-морского министра. В ее состав вошли И. С. Юмашев (председатель), В. М. Молотов, Г. М. Маленков, Н. А. Булганин, Л. П. Берия, В. А. Малышев, И. И. Носенко, А. Г. Головко, П. С. Абанькин, А. В. Андреев, Н. Е. Басистый, А. М. Василевский, С. Е. Захаров, И. И. Байков, Н. Г. Кузнецов, Н. И. Виноградов, Г. П. Комаров, В. И. Платонов, Г. И. Левченко, Н. М. Харламов, С. М. Штеменко.


Главный инспектор ВМФ адмирал Г. И. Левченко. Из архива журнала «Морской сборник»


Обсуждали несколько кандидатур, большинство проголосовало за Кузнецова. Сталин утвердил его без всяких возражений. Как вспоминал Кузнецов, «на следующий день (после совещания. — В. Ш.) собрались уже в другом помещении (кажется, в кабинете Маленкова), и на вопрос, что мы надумали, естественно, никто не ответил. Тогда председатель взял слово и сказал, что они на Политбюро обменивались мнениями и решили „вернуть Кузнецова“. Признаться, этого я никак не ожидал! Возражений не было…»

После этого, по воспоминаниям адмирала флота Н. Д. Сергеева, Сталин принял Кузнецова в своем кабинете. Там же находились Микоян, Маленков, Булганин и маршал Василевский. Кузнецова он встретил словами:

— Прибыл наш «подсудимый».

Встал из-за стола и, протянув руку, поздоровался:

— Здравствуйте, товарищ Кузнецов!


А. И. Микоян и Н. Г. Кузнецов на Северном флоте. 1952 г. Из архива А. А. Раздолгина


На что Кузнецов по старой привычке ответил:

— Здравия желаю, товарищ Сталин…

— Наш моряк уже забыл, какое у меня звание! — насмешливо сказал Сталин.

— Виноват, товарищ Генералиссимус Советского Союза! — извинился Кузнецов.

После этого Сталин сразу перешел к делу:

— У вашего преемника плохо идут дела. Должность военно-морского министра оказалась ему не под силу. Мы отстаем от крупных морских держав уже на 7–8 лет, надо наверстать упущенное, поэтому решено снова назначить вас.

— Благодарю за доверие! — ответил Кузнецов.

На это Сталин сказал:

— Принимайте дела. Только не задирайте нос…

На это Микоян сказал, что возьмет, по старой памяти, над Кузнецовым шефство.

После этого Сталин спросил Кузнецова, кого бы он рекомендовал на должность командующего 5-м ВМФ. Кузнецов предложил начальника Военно-морской академии вице-адмирала Ю. А. Пантелеева. На этом прием закончился.

Сразу же возник вопрос: а как быть со званием Кузнецова? Для руководства целым министерством звания вице-адмирала было явно недостаточно. Поэтому при обсуждении данного вопроса члены Политбюро обсуждали два варианта: первый — вернуть Кузнецову звание адмирала флота, второе — присвоить очередное звание адмирала. Неожиданно для всех Кузнецов выступил против обоих вариантов, заявив, что надо или восстановить его в старом звании адмирал флота, признав при этом разжалование ошибкой, или оставить в звании вице-адмирала.

Такая позиция для человека, только что возвращенного на олимп из опалы, была весьма рискованна. Но Кузнецов и здесь себя проявил. В результате он так и остался с погонами вице-адмирала.

* * *
Перейти на страницу:

Все книги серии Страницы советской и российской истории

Екатерина Фурцева. Женщина во власти
Екатерина Фурцева. Женщина во власти

Екатерина Фурцева осталась в отечественной истории как «Екатерина III». Таким образом ее ассоциировали с Екатериной II и с Екатериной Дашковой, возглавлявшей Петербургскую академию наук. Начав свой путь «от станка», на вершине партийной иерархии она оказалась в переломные годы хрущевского правления.Низвержение с политического Олимпа стало для нее личной трагедией, однако путь женщины-легенды только начинался. Роль, которую ей предстояло сыграть на посту министра культуры, затмила карьерные достижения многих ее удачливых современников. Ибо ее устами власть заговорила с интеллигенцией языком не угроз и директив, а диалога и убеждения. Екатерина Фурцева по-настоящему любила свое дело и оказалась достаточно умна, чтобы отделять зерна от плевел. Некогда замечательными всходами культурная нива Страны Советов во многом обязана ей.

Сергей Сергеевич Войтиков

Биографии и Мемуары
Жуков. Танец победителя
Жуков. Танец победителя

Акт о безоговорочной капитуляции Германии был подписан в Карлсхорсте в ночь с 8 на 9 мая. По окончании официальной церемонии присутствующих поразил советский представитель маршал Жуков. Он… пустился в пляс. Танец победителя, триумф русского характера и русской воли.Не вступая в публицистические дискуссии вокруг фигуры Георгия Жукова, автор прежде всего исследует черты, которые закрепили за ним в истории высший титул – Маршала Победы. Внимательно прослежен его боевой путь до Рейхстага через самые ответственные участки фронта: те, что требовали незаурядного полководческого таланта или же несгибаемой воли.Вольно или невольно сделавшись на пике славы политической фигурой, маршал немедленно вызвал на себя подозрения в «бонапартизме» и сфабрикованные обвинения. Масштаб личности Жукова оказался слишком велик, чтобы он мог удержаться наверху государственной пирамиды. Высокие посты при Сталине и при Хрущеве чередовались опалами и закончились отставкой, которую трудно назвать почетной. К счастью, народная память более благодарна. Автор надеется, что предлагаемый роман-биография послужит ее обогащению прежде всего.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Сергей Егорович Михеенков

Андрей Громыко. Дипломат номер один
Андрей Громыко. Дипломат номер один

Андрей Андреевич входил в узкий круг тех, чьи действия влияли как на жизнь нашей страны, так и на развитие мировых событий. На протяжении четырех с лишним десятилетий от его позиции зависело очень многое, для Громыко же главное состояло в том, чтобы на всем земном шаре ни один вопрос не решался без участия Советского Союза. Однако по-настоящему его вклад до сих пор не осмыслен и не оценен.Энергия, редкая работоспособность, блестящая память, настойчивость -все это помогло Громыко стать министром. Наученный жизнью, он умело скрывал свои намерения и настроения и всегда помнил: слово – серебро, молчание – золото. Если можно ничего не говорить, то лучше и не говорить.Андрей Андреевич пробыл на посту министра иностранных дел двадцать восемь лет, поставив абсолютный рекорд для советского времени. После занял пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, формально став президентом страны. Эта должность увенчала его блистательную карьеру.Но сегодня, благодаря рассекреченным документам и свидетельствам участников событий того времени, стало известно, что на сломе эпох Андрей Андреевич намеревался занять пост генерального секретаря ЦК КПСС.Настоящая книга представляет подробный анализ государственной деятельности Громыко и его роли в истории нашего государства.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Леонид Михайлович Млечин

Николай Байбаков. Последний сталинский нарком
Николай Байбаков. Последний сталинский нарком

В истории страны Николай Байбаков остался не как многолетний председатель Госплана СССР и даже не как политический долгожитель. Настоящее имя ему — отец нефтегазового комплекса. Именно Байбакову сегодняшняя Россия обязана своим сырьевым могуществом.Байбаков работал с И. В. Сталиным, К. Е. Ворошиловым, С. М. Буденным, Л. П. Берией, Л. М. Кагановичем, В. М. Молотовым, А. И. Микояном, Н. С. Хрущевым, Г. М. Маленковым, Л. И. Брежневым, М. С. Горбачевым… Проводил знаменитую косыгинскую реформу рука об руку с ее зачинателем. Он — последний сталинский нарком. Единственный из тех наркомов, кому судьба дала в награду или в наказание увидеть Россию XXI века.Байбаков пережил крушение сталинской системы власти, крушение плановой экономики, крушение СССР. Но его вера в правильность советского устройства жизни осталась несломленной.В книге Валерия Выжутовича предпринята попытка, обратившись к архивным источникам, партийным и правительственным документам, воспоминаниям современников, показать Николая Байбакова таким, каким он был на самом деле, без «советской» или «антисоветской» ретуши.

Валерий Викторович Выжутович

Биографии и Мемуары
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже