Никто кроме Путина. Почему его признает российская «система»

Торквист также утверждает, что прибыли «Gunvor» измеряются «сотнями тысяч миллионов, но не миллиардов», и что это не редкость для «предприятия нашего масштаба в этой области». Однако он делает одно потрясающее признание: Путин и Тимченко действительно были друзьями — то, чего «Gunvor» никогда ранее не подтверждал. «Господин Тимченко действительно знал президента Путина, когда тот еще не стал известным. Однако предположения о том, что их объединяет наследство КГБ или совместный бизнес, совершенно неуместны».

* * *

Государственный департамент США скептически отнесется к заявлениям компании. Две телеграммы «WikiLeaks» из посольства в Москве немного проясняют деятельность компании «Gunvor» и мутную практику нефтеэкспорта в России. Одну из телеграмм отправили в Вашингтон в ноябре 2008 года. Она начинается словами: «Нефтебизнес в России в течение длительного времени был непрозрачным, преимущества предоставлялись политически связанным компаниям, таким как тайная нефтеторговая компания «Gunvor»».

Со ссылками на знатоков нефтяной отрасли в телеграмме говорится, что Россия «известна тайными сделками с участием посреднических компаний с неизвестными собственниками и бенефициарами».

Далее говорится о том, что экспорт нефти государственными компаниями или такими, на которые государство влияет, осуществляется через привилегированных нефтетрейдеров, вероятно, принося миллиарды долларов прибыли этим компаниям. Особенно это касается российской нефтеторговой компании «Gunvor». Согласно слухам, компания является одним из источников скрытых доходов Путина и принадлежит Геннадию Тимченко, который, опять же, по слухам, является бывшим коллегой Путина по КГБ.

В телеграмме также упоминается «Сургутнефтегаз». Удивительно и непонятно, кто на самом деле является его владельцем. «Сургутнефтегаз» есть «еще один источник незаконных доходов Путина».

Однако американцы признают, что невозможно обнаружить правду об отрасли, которая почти не предоставляет никакой информации о себе. Та же телеграмма восхваляет российского участника антикоррупционной кампании и блогера Алексея Навального, который хочет заставить российские нефтяные компании обнародовать больше информации. Навальный, миноритарный акционер, выполняет ряд обреченных на поражение, законных действий против российских нефтяных компаний. Его цель — заставить их раскрыть объемы нефти и условия торговли. В 2007 году Навальный — малоизвестная личность. Но к 2011 году он получил народное признание: его арестовали в декабре, после того, как он возглавлял акции протеста против нечестных парламентских выборов. Навальный с его антивзяточным веб-сайтом RosPil.info — довольно серьезная угроза Кремлю. Он дал удачное прозвище партии «Единая Россия» — «партия жуликов и воров». О нем говорят как о будущем президенте.

По оценке Навального, «Gunvor» «может контролировать до 50 % всего экспорта российской нефти». Сама компания в своей глянцевой, но неинформативной брошюре признает, что торгует «третью экспорта российской нефти, которая перевозится морем». В 2010 году ее оборот составляет от 53 до 65 миллиардов долларов, а объем экспорта — 104 миллиона тонн. Навальный говорит посольству США, что не верит, будто Путин владеет компаниями «Сургутнефтегаз» или «Gunvor». Его обоснование простое и убедительное: ему «на самом деле не нужно звено между активами и прибылью от них».

* * *

Мои упорные попытки взять интервью у Тимченко оказываются напрасными. Компания нанимает пиар-консультанта в Лондоне, Майкла Прескота, с которым я обмениваюсь любезными мейлами. Я посылаю Прескоту список вопросов. Прескот соглашается ответить на них. Не отвечает. «Gunvor» до сих пор не хочет обнародовать правду о подлинной природе связи между Путиным и Тимченко или объяснить, как и где они впервые встретились. Меня не приглашают встретиться с Тимченко или, возможно, пройтись по его роскошному поместью в живописном швейцарском кантоне Цуг, популярном месте среди бизнесменов, которые не любят публичности.

Понадобятся еще два месяца, чтобы Путин соизволил дать свое опровержение обвинений в коррупции. Место — Кремль. Повод — грандиозная ежегодная пресс-конференция Путина. Это — крупнейшее, детально спланированное, событие кремлевского медиагода: около 2000 журналистов, большинство из которых — русские, собираются в огромном двухъярусном зале Кремля и начинают задавать вопросы лидеру крупнейшей страны мира. Я посетил свою первую пресс-конференцию в Кремле на год раньше, в 2007-м: она отличилась своей продолжительностью — три с половиной часа, сюрреалистичным рядом вопросов, включая вопросы о садоводстве и воспитании детей, и невозможностью убежать с амфитеатра кремлевского зала. Также было понятно, что Кремль тщательно проверяет заранее все вопросы: пресс-конференция, как и многое в российской демократии, производит впечатление огромного фасада.