Никто кроме Путина. Почему его признает российская «система»

Активисты «Наших» прерывают Брентона во время его публичных выступлений. Они преследуют его жену и прыгают перед его служебной машиной, бросая листовки на лобовое стекло. Эти действия не являются спонтанными: как отмечает Бернс, активистам, видимо, платят.

Британский МИД жалуется российскому на то, что эта тактика является нарушением Венской конвенции.

После парламентских выборов в России 2 декабря 2007 года, на которых путинская партия «Единая Россия» одерживает блестящую, но сфальсифицированную победу, активисты «Наших» опять устраивают пикет под британским посольством в Москве. Серая морозная среда. Я решаю пойти туда пешком и посмотреть. Активисты стоят возле тусклой Москвы-реки, они выглядят жалкими — замерзшими и мокрыми. Около 20 активистов вооружены новыми плакатами. На плакатах — увеличенное фото Брентона со словом «Лузер», написанным красными чернилами на лбу. Хотя бывало и хуже — на предыдущих митингах «Наших» Брентона сравнивали с Гитлером. Британские чиновники, адепты здравого смысла и диалога, приглашают лидера «Наших» на разговор. Это лишь подталкивает к еще одной демонстрации с баннерами, на которых написано «Мы не хотим вашего чая».

«Господин Брентон — лузер, потому что выборы в России не дали ему результата, которого он хотел. Он хотел Оранжевой революции здесь. И не получил ее», — говорит мне под посольством Константин Голоскоков, 21-летний студент Московского университета. Он добавляет: «Мы не думаем, что господину Брентону следует вмешиваться во внутренние дела нашей страны. Мы попросили министерство иностранных дел лишить его аккредитации». Другой активист «Наших», Маша Дрокова, говорит мне: «Я жду его извинений».

Не обращайте внимания на то, что выборы были сфальсифицированы и что миллионы работников государственного сектора получили указание голосовать за Путина — им сказали, что если они не проголосуют, то потеряют работу. Путин победил, а Брентон проиграл. В манихейском мире Путина все чрезвычайно просто. В конце концов, активисты «Наших» прекращают свои забастовки под посольством, как говорит Бернс, «скорей всего, по указанию».

* * *

Через полгода, летом 2008-го, я догоняю активистов «Наших» в их ежегодном лагере на берегах озера Селигер на живописном севере России, близ Твери, в трех часах езды от Москвы. В озаренном солнцем сосновом лесу установлены сотни палаток. Здесь есть туалеты, веревки для белья и котелки для приготовления пищи. С другой стороны озера вдали мерцает православная церковь с тремя золотыми куполами. Если бы не огромные портреты Владимира Путина, висящие между двумя деревьями на центральном участке, этот лагерь мог бы походить на скаутский.

Я обнаруживаю, что наиболее ненавидимой нацией в кремлевском пантеоне зла в пределах досягаемости является уже не Британия, а крошечная Эстония. Россия постоянно обвиняет Эстонию и ее постсоветских балтийских соседей Латвию и Литву в «фашизме». Спор идет не об экстрадиции, а об истории XX века. Эстонцы, разумеется, не согласны с Кремлем относительно своего «освобождения» Красной армией от нацистов, видя в нем вторую оккупацию. Решение Эстонии переместить памятник солдату Красной армии вызывает яростную реакцию в России. Сторонники «Наших» в мае того года осаждают посольство страны в Москве, притащив туда огромный надувной танк.

Возле пляжа я узнаю, что активисты «Наших» держат поросенка. Они назвали животное Ильвес, в честь эстонского президента Тумаса Гендрика Ильвеса. Охранник Ильвеса, Дмитрий Иванов, одет в американский костюм, украшенный приклеенными поддельными долларовыми купюрами, и цилиндр. Он говорит мне: «Мы — не фанатики. Мы лишь поддерживаем курс правящей элиты России. Мы хотим, чтобы людям хорошо жилось. Только идиот выступал бы против этого». Будущее принадлежит России, уверенно предсказывает он: «Мы будем не в пятерке, а в тройке мощнейших экономик. К 2020 году люди будут мигрировать в Россию из таких стран, как ваша».

Я замечаю, что лагерь сочетает кремлевскую пропаганду с отдыхом и флиртом с противоположным полом. Здесь есть скалодром, занятия по танцам, горные велосипеды, тренажерный зал и даже сегвей. В лесном воздухе висит запах сосновой смолы и молодых гормонов. На песке загорает молодая женщина в оранжевом бикини, читая конституцию России.

Некоторые выходки этого собрания — скорее глупые, чем опасные. Одна из палаток, установленных на главной песчаной тропе, принадлежит Антонине Шаповаловой, 20-летнему дизайнеру одежды. Шаповалова, как многие другие сторонники «Наших», — выходец из провинции: в ее случае — из Костромы на западе России. В 2007 году она произвела сенсацию, представив «трусы Путина». На откровенных бикини был написан лозунг «Вова, я с тобой», причем слово «Вова», уменьшительно-ласкательный вариант имени «Владимир», было размещено в районе лона.