Норманны. От завоеваний к достижениям. 1050–1100 гг.

Но наиболее влиятельными среди детей Танкреда Готвилльского были его сыновья от второй жены, Фредесендис, а самым известным среди них стал Роберт, прозванный Гвискар, или «Коварный». Ненавидевшая его Анна Комнина пишет[96], что этот человек обладал деспотичным характером, был коварен в мыслях и смел в действиях. У него была розовая кожа, белокурые волосы, широкие плечи… глаза — только что огонь не искрился из них. Что касается остального, то крик его был таким громким, что приводил в ужас целые армии, и будучи человеком такого положения, таких физических и душевных качеств, он, естественно, не терпел никакого порабощения и никому не подчинялся. Он прибыл в Италию в 1047 году, и начало его карьеры на полуострове было омерзительным и непристойным: вместе с несколькими своими сторонниками они наведывались в горы, прятались в пещерах и выбирались оттуда, чтобы нападать на путешественников и лишать их лошадей и оружия. Он грабил всех жителей Калабрии без разбору, а время от времени расширял область своих опустошительных набегов в северном направлении, где за награбленное боролся со своим старшим единокровным братом[97]

. Свидетельством его растущей власти стала в 1050 году его женитьба на Обри, родственнице некоего норманна, владевшего солидными земельными угодьями в Буональберго близ Беневенто[98]. Она родила ему сына, которого при крещении нарекли Марком[99]

, но благодаря своим размерам еще в утробе матери он получил прозвище гиганта Боэмунда, позже он прославил это прозвище на весь христианский мир. Брак также ознаменовал начало собственного успеха Роберта Гвискара в роли завоевателя. Начиная с этого момента нам сообщают, что он «пожирал земли», и результат свидетельствует, что эта метафора весьма уместна.

Прибытие Роберта Гвискара в Италию в 1047 году отмечает начало новой эпохи, а спустя 9 лет к нему присоединился его младший брат Рожер. Уже тогда этот молодой человек демонстрировал все те разнообразные качества, которые столь прославили его карьеру. Его биография, написанная в преувеличенно восторженном стиле, гласит, что в это время он был «симпатичным высоким статным молодым человеком. Он всегда был готов выступить с речью, но расчетливость и рассудительность сдерживали его веселый и открытый нрав. Смелый и отважный, он был воодушевлен честолюбивыми замыслами, свойственными его возрасту, а посредством щедрых подарков и милостей он пытался собрать вокруг себя партию приверженцев, которые бы целиком посвятили себя приумножению его богатства»[100].

Он и вправду во всех отношениях был достоин стать преемником своего грозного старшего брата, и эти двое, Роберт Гвискар и Рожер, вместе с Ричардом из Капуи исполняли основную партию в норманнских завоеваниях в Италии и на Сицилии во второй половине XI века. Таким образом, некоторые из условий этих завоеваний были обозначены уже в 1050 году. Поселение норманнов в крепости Аверса превратилось в норманнское княжество Капуя, а норманнское поселение у Мельфи переросло в норманнское герцогство Апулия. Позже, как следствие этого, власть норманнов распространилась и на территорию мусульманской Сицилии.

По сути, вот-вот должен был начаться великий политический маневр, который, судя по его результатам, может выдержать сравнение только с деяниями норманнов на севере, где силой оружия они сумели изменить судьбу древнего государства. Оценить значительность преобразований, которые норманны внесли в жизнь южной Италии, нетрудно. В 1050 году вся эта обширная, разделенная морем территория находилась во власти сменяющих друг друга сил и правителей различных традиций. Эту территорию оспаривали 2 различные религии и 2 системы христианского церковного правления, там говорили на 3 языках и действовали 3 свода законов. И тем не менее за полвека норманны добились господства над всей этой территорией, а за 70 лет там сформировалось единое норманнское государство. И это событие, по каким бы параметрам мы о нем ни судили — по потерям или по приобретениям, причиной которых оно стало, по страданиям, которые повлекло за собой позже, или по методам, которые использовались, — его следует рассматривать как важное политическое достижение. Все это совершили люди из той же небольшой провинции Галлия, которые в эти же годы свершали и укрепляли свои завоевания в Англии.

Глава III

Норманнские завоевания в 1050–1100 годах

I