Норманны. От завоеваний к достижениям. 1050–1100 гг.

Не менее примечательны и изменения того периода в политических взаимоотношениях стран, граничащих друг с другом в бассейне Средиземного моря. Норманны и здесь сыграли существенную роль. В начале XI века все Средиземноморье находилось под влиянием трех сил, ни одна из которых не относилась к Западной Европе[9]

. Первой из этих сил была Восточная христианская империя со столицей в Константинополе, в которую входили Балканы и полуостров Малая Азия, на запад ее владения простирались до южной Италии, а на восток — до северной Сирии. Второй был Фатимидский халифат со столицей в Каире, господствующий не только в Египте, но также и в Палестине, и на всей территории Африки севернее пустыни Сахары до самого Туниса; под его контролем находилась также Сицилия с островами Мальта и Гозо. И наконец, третья сила — это Испанский халифат со столицей в городе Кордове. Испанскому халифату принадлежала не только большая часть Пиренейского полуострова, но также земли, где теперь находятся Алжир и Марокко, и далее на юг через Мавританию до Сенегала. Более того, баланс сил между тремя этими державами менялся, В первой четверти XI века, после смерти великого халифа аль-Азиса Каирского (996) и аль-Мансура из Кордовы (1002), распри ослабили исламский мир, в то время как власть Византии при правлении «Македонских» императоров неуклонно росла вплоть до смерти в 1025 году Василия II[10]

. К этому времени Восточная империя стабилизировала положение на своих северных и восточных границах и прочно обосновалась как на юге Италии, так и в Сирии, реально контролируя восточную часть Средиземного моря. С другой стороны, Сицилия оставалась аванпостом ислама, в то время как в самой Восточной империи появилась угроза внутренних смут, а вскоре ей пришлось противостоять жестокой мусульманской атаке со стороны турок-сельджуков.

Следовательно, в 1050 году западный христианский мир почти не принимал участия в жизни плотно населенных стран в бассейне Средиземного моря, в регионе, который был колыбелью христианской культуры. В тот период оспорить влияние ислама в бассейне Средиземного моря западнее Сицилии до Гибралтарского пролива было не под силу ни одной западной державе. Колокола собора в Сантьяго все еще украшали главную мечеть Кордовы, а мусульманские корабли непрерывно совершали набеги на побережья Лигурии и Прованса[11]

. Даже повторное установление власти Византии на юге Италии далось ценой потерь на Западе, в частности было отмечено поражением германцев под командованием Оттона II в битве при Стило в 987 году. В это время сам Рим находился в упадке и не мог с точки зрения вековой перспективы соперничать с Константинополем, Каиром или Палермо, а папство стало жертвой земной коррупции и местом римских интриг. Понтификат Папы Бенедикта VIII (который весьма поспешно приветствовал в Италии первых норманнов) с 1012 по 1024 год стал всего лишь островком между двумя печальными периодами политической деградации в истории папского престола[12]

.

Условия существования в бассейне Средиземного моря в конце XI века, когда Византию вытеснили из Италии, а сарацин — из Сицилии, когда папство приближалось к новому периоду всплеска власти и политического могущества, а западный христианский мир снова обрел силу на Средиземном море и готовился к наступательной операции против ислама, резко отличаются от условий, преобладавших там в 1050 году. Самым сильным и, возможно, единственным действующим фактором в осуществлении этой значительной перемены являются норманны. И как на севере своими действиями норманны изменили отношения между Англией, Латинской Европой и Скандинавскими странами, так и в бассейне Средиземного моря они стали причиной равных по значимости изменений, оказавших влияние на будущее Европы.

III