Читаем Нострадамус и его пророчества полностью

Флоренция, беги, ты Римлянину в жертву предназначена,

В Фиесоле будет дан смертный бой:

Пролита кровь, величайшие все захвачены,

Не пощадят ни храм, ни жен, ни стариков, ни детей.


9.

За дамой в отсутствие ее великого капитана

Ухаживаний вице-короля придет пора:

Лживые обеты, несчастливая судьба

В руках великого принца Бара[387].


10.

Великий принц из области, граничащей с Ле-Маном,

Отважный и смелый, великой армии предводитель:

По морю и суше бретонцев[388] и норманнов,

Пройдет Гибралтар, Барселону и остров разграбит как победитель.


11.

Дитя королевское будет презирать свою мать,

Грубый, непослушный, ранен в ногу и в глаз:

Странно и горько будет даме узнать,

Более пятисот ее[389] сторонников убиты враз.


12.

Конец войне положит младший правитель,

Перед богами прощенных он соберет:

Кагор и Муассак далеки от лимита,

Лектур в отказе, обрит Ажена народ.


13.

Из града морского, платящего дань,

Бритоголовый станет сатрапом и самодуром:

Изгнан корыстный, который потом против него восстанет,

Четырнадцать лет продлится его диктатура.


14.

Они представят топографию ложную,

Будут открыты погребальные урны:

Секты и ложная философия размножатся,

Черный вместо белого, вместо древнего – незрелое бескультурье.


15.

В Инсубрийской области[390] у города беда,

Семь лет он будет во вражеской осаде:

Король величайший явится туда,

Он город освободит и всех врагов отвадит.


16.

Глубокий вход сделан великой королевой и готов,

Придется отдать место укрепленное и неприступное:

Потерпит поражение армия трех Львов,

Станет причиной события ужасного и преступного.


17.

Принц редкой доброты и милосердия

Изменит свое понимание жизни, будучи к смерти ближе:

Для мира и спокойствия в королевстве приложит усердие,

Когда великий вскоре будет острижен.


18.

Осажденные исказят свои договоры, потом,

Спустя семь дней, совершат жестокую вылазку от стен:

Отброшены назад, огонь, кровь, семеро зарублены топором,

Дама, разработавшая мир, взята в плен.


19.

Не будет атакована крепость Ниццы,

Она будет завоевана с помощью металла, блестящего удивительно,

Об этом событии будет долго говориться,

Хоть оно для горожан странно и отвратительно.


20.

В апреле и мае послы Тосканы

Перейдут по морю и через Альпы по суше:

Он, родившийся под знаком Тельца[391], произносить торжественную речь станет

О том, что образ жизни галлов не будет разрушен.


21.

От Лангедока пагубной враждебности и мщения

Скрывается тиран, пытаясь выжить,

На мосту в Сорге заключат соглашение

О том, чтобы его с приверженцем казнить.


22. Месопотамии[392] жители

Возмущены своими друзьями из Каталонии[393]:

После веселья и пиров все отправились спать в обители,

Викария утопили в Роне, город взят теми, из Авзонии.


23.

Королевский скипетр будет обязан исполнить в конце

То, что его предшественники обещали,

Поскольку они будут делать вид, что ничего не знали о кольце,

Когда придут дворец ограбить в день печали.


24.

Погребенный выйдет из могилы одинокой,

Заставит форт у моста[394] обвить веригами.

Отравлен усача молокой

Маркизом де Поном[395] великий из Лотарингии.


25.

За долгую войну армия исчерпать все ресурсы сможет,

А денег для солдат никто не нашел:

Вместо золота и серебра они будут расплачиваться кожей,

Галльская медь, полумесяц, престол.


26.

Фуст и галер вокруг семи судов рой,

Завяжется жестокий бой, кровавый:

Повелитель Мадрида будет ранен стрелой,

Двое спасутся, пятерых на сушу доставят.


27.

В районе Васта большой кавалерийский отряд,

Под Феррарой возить имущество сложно,

Рядом с Турином они такой грабеж учинят,

Что в крепости ограбят заложников.


28.

Капитан поведет толпу, не отклоняясь ничуть,

На гору, ближайшую к врагам и смерти,

Окруженный огнем, он так сократит путь,

Что спасутся все, кроме тридцати, насаженных на вертел.


29.

Великий герцог Альба в мятеже,

Великих предков он не верен памяти.

Великий Гиз над ним викторию одержит,

В плен уведет и установит памятник.


30.

Близится разграбление, огонь, кровь, рыдания,

По, большие реки, рискованное предприятие пастухами затеяно:

Генуя, Ницца, после долгого ожидания,

Фоссано, Турин, захвачены в Савильяно.


31.

Из Лангедока и Гиени более десяти тысяч приблизятся

И перейти Альпы захотят:

Великие савойцы выступят против Бриндизи,

Аквино и Бресс их набег отразят.


32.

Не будет надоедливей и расчетливей тирана,

Чем рожденный на склоне королевской горы крутом:

Подготовит он войско в границах Милана,

Лишив Флоренцию и Фаенцу людей и золота притом.


33.

Обманутому королевству без войск пришлось остаться,

Повсюду шпионы, блокирован флот:

Двое, притворившись друзьями, объединятся,

Но ненависть притворный союз разорвет.


34.

Придет в отчаяние народ Галлии игривый,

Самодовольные и легкомысленные, они доверчивы, как всегда,

Нет хлеба и соли, вино – вода, яд[396], а не пиво,

Великий захвачен, голод, холод, нужда.


35.

Будут жаловаться и плакать великие рыбаки

Из-за сделанного выбора, его возрастом обманувшись:

Ему вообще остаться с ними – не с руки,

Он будет обманут, с соотечественниками соприкоснувшись.


36.

Бог, небеса, божественный глагол на волнах пенистых

Несет семь красных бритых голов в Византию, в империю:

Против помазанников из Трапезунда триста

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

Александр II
Александр II

Книга известного российского историка А.И. Яковлева повествует о жизни и деятельности императора Александра II (1818–1881) со дня его рождения до дня трагической гибели.В царствование Александра II происходят перемены во внешней политике России, присоединение новых территорий на Востоке, освободительная война на Балканах, интенсивное строительство железных дорог, военная реформа, развитие промышленности и финансов. Начатая Александром II «революция сверху» значительно ускорила развитие страны, но встретила ожесточенное сопротивление со стороны как боязливых консерваторов, так и неистовых революционных радикалов.Автор рассказывает о воспитании и образовании, которые получил юный Александр, о подготовке и проведении Великих реформ, начавшихся в 1861 г. с освобождения крепостных крестьян. В книге показана непростая личная жизнь императора, оказавшегося заложником начатых им преобразований.Книга издана к 200-летию со дня рождения Царя-Освободителя.

Василий Осипович Ключевский , Анри Труайя , Александр Иванович Яковлев , Борис Евгеньевич Тумасов , Петр Николаевич Краснов

Биографии и Мемуары / Историческая проза / Документальное