В Венгрии межнациональную проблему пытались решить по примеру австро-венгерского соглашения: с Хорватией-Славонией в 1868 г. заключили договор, который предоставил хорватам определенную автономию. Хорватия получила свой парламент (сабор) с правом делегировать 40 депутатов в Государственное собрание королевства. Учреждались хорватские министерства внутренних дел, юстиции, культов и просвещения. Вопросами внутреннего управления, образования, судопроизводства самостоятельность Хорватии и ограничивалась. Правительство во главе с баном назначалось королем, венгры оставили за собой решающее слово и в отнесенных к сфере «общих дел» национальной обороне, транспортных коммуникациях, торговых соглашениях и налогообложении. Несправедливо распределялись хорватские доходы: Венгрия получала 55, Хорватия – 45 %. Неравноправность статусов Венгрии и Хорватии осложняла их отношения, тем более что Венгрия не считалась с хорватским суверенитетом. В 1907 г. венгерское правительство установило, что на железных дорогах, в том числе и хорватских, могут работать только лица, владевшие венгерским языком. Это вызвало новый виток недовольства венгерским диктатом.
Другие национально-территориальные образования Транслейтании не имели и такой автономии. Стремясь сгладить противоречия с подвластными народами, венгерский парламент в 1868 г. принял закон «О равноправии национальностей», который предоставил гражданам право говорить на родном языке в комитатском собрании и суде первой инстанции, выбирать язык переписки с государственными учреждениями всех уровней, предусмотрел возможность назначения чиновниками представителей национальных меньшинств при условии владения языками, разрешал основывать культурные и экономические общества, открывать начальные и средние школы с обучением на родном языке. Эти положения отвечали интересам национальных меньшинств, но практическое их воплощение вызывало большие трудности. В то же время закон провозглашал, что «все граждане Венгрии в соответствии с основополагающими принципами конституции образуют в политическом смысле единую нацию, единую и неделимую венгерскую нацию, членом которой является каждый гражданин отечества, к какой бы национальности он ни принадлежал»[179].
Попытка создать мононациональное государство, в котором венгры составляли менее половины населения, вызвала резкое противодействие национальных меньшинств. Румыны добивались преобразования монархии на федеративных началах с румынским государством в качестве одной из составляющих частей[180]; намерением словаков было образование административной единицы из комитатов, в которых они составляли большинство; проживавшие на юге Венгрии сербы претендовали на самоуправление при полной самостоятельности – все выступали против мадьяризации и мадьярской политической гегемонии, хотя никто и не призывал к разрушению монархии Габсбургов.
Преодоление центробежных тенденций венгерское правительство и его глава К. Тисса видели в мадьяризации невенгерских народностей, хотя это и было сопряжено с нарушением закона о национальностях 1868 г. В 1875 г. запретили деятельность единственной культурно-просветительской организации словаков –