Новая цель. Как объединить бережливое производство, шесть сигм и теорию ограничений

Эми начала с предыстории, затем рассказала о ряде ошибочных суждений и неблагоприятных событий, которые сформировали цепочку нежелательного развития событий, то есть дерева UDE. Поначалу Найджел прерывал ее каждые несколько минут, чтобы пожаловаться, что не понимает сути ее слов, или обвинить ее в отсутствии бдительности. Но Эми настаивала на своем, и когда она начала описывать элементы дерева изменений, Найджел начал слушать более внимательно. Он сконцентрировался, оперся подбородком на скрещенные руки и даже начал кивать каждый раз, когда она делала наиболее точные замечания.

По окончании презентации, длившейся почти час, он сохранил свой прежний скепсис, однако выглядел заинтригованным.

– Вы чересчур упрощаете картину, – подытожил Найджел. – Это… слишком просто.

– Хм, вам, видимо, понравился бы запутанный план, в котором невозможно разобраться? – спросила Эми.

Найджел нахмурился.

– Я понимаю, что у вас есть основания сомневаться, – продолжила Эми совершенно серьезно. – Но вы же понимаете смысл всего, о чем я рассказала. Так, может, вы попробуете судить о наших действиях по этим критериям?

Найджел прижал нижнюю губу двумя пальцами, размышляя над решением.

– Хорошо, – наконец произнес он. – Я дам вам три месяца. Один финансовый квартал. Если вы сможете за это время обеспечить быстрый и явный разворот, мы позволим вам работать дальше. Но изменение тенденции должно быть заметным. Мы не допустим дальнейшего падения – ни по одному из показателей.

Глава 15

Итак, гонка продолжалась. Вернувшись домой в Хайборо в совершенно разбитом состоянии, Эми легла спать сразу же после ужина, но проснулась уже в три часа ночи. Ей показалось, что в комнате возник какой-то грозный призрак, присланный Найджелом, чтобы мучить ее. Она включила лампу, стоявшую около кровати, – разумеется, в комнате она была одна. Но призрак был абсолютно реален и действительно находился рядом с ней; это был призрак страха и беспокойства о том, каким образом она могла бы сделать все необходимое для разворота всего за три месяца – единственное отведенное ей время. Полежав некоторое время в постели, но так и не собравшись с мыслями, Эми окончательно отказалась от идеи уснуть, надела халат, спустилась в кухню и сварила себе кофе.

Примерно к пяти часам утра она приняла решение создать небольшую рабочую команду. Разумеется, для нее были важны все руководители, и все они внесли свой вклад в создание дерева реальности. Но теперь наступило время действия, и у нее не было возможности для дискуссий. Поэтому она решила, что в состав команды по развороту войдут четыре человека: она сама как начальник над начальниками, Сара Швик, возглавившая F&D, Мерфи Магуайер, который должен был вернуться в Оуктон в качестве руководителя производства, и Уэйн Риз, оставшийся на позиции менеджера по операциям, но с определенным ограничением функций.

К шести часам утра Эми написала всем участникам группы электронное письмо с объяснением своего решения, а в половине восьмого уже обсуждала ситуацию с Мерфи по телефону.

– Я хочу, чтобы вы вновь вернулись в Оуктон на должность директора производства, – сказала она ему, – а Джейро Пеппс и Курт Конани будут находиться в вашем подчинении. Джейро сохранит свою прежнюю должность менеджера по логистике[40]. Курт будет руководить отдельными направлениями работы на заводе, конечно, если захочет остаться. Как вам моя идея?

– Мы с Джейро отлично сработались. Здесь нет никаких проблем, – ответил Мерфи. – Что касается Курта, я думаю, что все будет идти хорошо до тех пор, пока он понимает нас и поддерживает все, что нам нужно сделать для разбалансирования линии и превращения «Годзиллы» в системное ограничение.

– Курту может понадобиться помощь наставника, – предположила Эми.

– Это справедливо, хотя я не уверен, что Курт будет готов принять в качестве наставника меня. Он убежден в правильности идей бережливого производства еще больше, чем Уэйн. И, честно говоря, я немного нервничаю, когда Уэйн стоит у меня за спиной.

– Вы будете подчиняться не только ему, но и мне, – ответила Эми. – Я хочу, чтобы наше сотрудничество осталось столь же тесным. И чтобы Уэйн развязал вам руки, а вы смогли сделать все, что должны.

– Ну хорошо, – произнес Мерфи. – Дайте мне разобраться с парой вещей в Роквилле, и я вернусь так быстро, как только смогу.

В восемь часов утра Эми позвонила Уэйну. Поначалу она была крайне осторожна в своих словах, потому что опасалась негативной реакции с его стороны. Уэйн был нужен ей; Мерфи не мог в одиночку справиться со всей операционной деятельностью, а у нее не было времени на поиски замены Уэйну в случае его бунта. Но еще в самом начале разговора Эми поняла, что может говорить с ним напрямую.

– Уэйн, мне необходимо, чтобы ты дал Мерфи больше свободы. Мы будем оценивать его деятельность по результатам и по тому, как он движется в сторону условий, указанных на нашем дереве реальности.