Новая цель. Как объединить бережливое производство, шесть сигм и теорию ограничений

— Понятно, что у нас есть проблемы — трещины в заказе для ВМФ или заказы, опоздание по которым возникает еще до их передачи в производ­ство. Однако в целом дела в Оуктоне налаживаются. Мы возвращаемся к тому здравому смыслу и уровню производительности, который присут­ствовал здесь до того, как нас купили. А затем...

— И что затем?

— Затем, как подсказывает мне здравый смысл, Уэйн Риз потребует мою голову.

Теперь пришло время замолчать Джейро.

— Этот Уэйн Риз занимается Lean Six Sigma, или LSS, если тебе боль­ше нравятся аббревиатуры. Он возглавлял корпоративную программу по LSS в Winner.

— Хорошо, и что в этом особенного? — недоуменно спросил Джейро.

— Ты помнишь кружки качества?

— Нет, это было еще до меня.

—А как насчет TQM? Всеобщего управления качества?

— Немного помню. Но ведь нововведение так и не прижилось в Hi-T.

— Именно это меня и беспокоит. Такие программы все время появ­ляются и исчезают. Но до момента исчезновения они живут в компании своей собственной жизнью. Мы не успеваем заметить, как они превра­щаются из средства в самоцель. Именно это и случилось с TQM. Я не хочу сказать, что у создателей TQM были дурные намерения или непримени­мые идеи. Но сама по себе эта программа превратилась из моста, пере­кинутого в лучшее будущее, в непосильное бремя.

— Так ты думаешь, что в этот раз будет то же самое?

— Дело вот в чем, Джейро. Сейчас завод в Оуктоне находится на критическом этапе. Торнадо здорово прошелся по нам со своим WING и с идеями улучшения краткосрочных показателей. Теперь он ушел. Но что с нами хотят сделать Уэйн Риз и LSS?

— Мерф, а тебе не кажется, что все эти идеи LSS могут принести нам много хорошего?

— Джейро, мне осталось всего несколько лет до пенсии. Я не могу по­зволить себе слепо верить во что-то, по крайней мере на работе. А то, что я слышу относительно LSS, звучит как религиозная проповедь. Я не хочу раскачивать лодку. Но мне нужно, чтобы она могла плыть.

— Извини, Мерф, но я не очень тебя понимаю.

— Что произойдет, если сюда придет Уэйн Риз и заставит нас делать то, что не работает? Он моложе меня и в случае неудачи займется чем-то еще. Но такие старые калоши, как мы с тобой...

— Тогда мы с тобой наконец откроем придорожную закусочную, о ко­торой мечтаем все эти годы, — попытался развеселить его Джейро.

— Этого-то я и боюсь, — вздохнул Мерфи.

* * *

Тем же вечером Бобби, оператор, с которым беседовал Мерфи, расска­зывал своей жене Линде о том, что случилось с ним на работе. Он пытался объяснить ей, насколько странные вещи говорил мистер Магуайер о том, что ему, Бобби, не нужно работать, хотя именно за работу всегда и платят деньги. Через несколько недель Эми Киолара поинтересовалась у своей ассистентки Линды, как идут дела у ее мужа Бобби на новой работе. Эми никак не содействовала тому, чтобы Бобби получил работу в Оуктоне, но от Линды знала, что его кандидатура была одобрена.

— Все идет хорошо, — ответила Линда. — Единственное... Впрочем, мне, наверное, не стоит об этом говорить.

— Ты уже начала, — возразила Эми. — Так что же случилось?

— Бобби говорит, что достаточно часто сидит на работе без дела. Вы знаете, он любит и умеет работать, я много об этом рассказывала. Однако он говорит, что время от времени ему просто не привозят материалы для работы. А когда он однажды попытался самостоятельно взять материалы со склада—то есть сделать именно то, что приказал ему компьютер, —ди­ректор по производству приказал ему никогда больше так не поступать.

— Кто? Мерфи Магуайер?

— Думаю, что да, — кивнула Линда. — Бобби не любит слоняться без дела, но периодически ему приходится просто сидеть в ожидании мате­риалов, чистить оборудование и все такое.

—Да, это очень неприятно, — задумчиво произнесла Эми. — Мы опаз­дываем с отгрузкой, а в это время на заводе люди ничем не занимаются.

— Извините, наверное, мне не стоило об этом рассказывать,—сказала Линда.

— Все в порядке. Поверь, наш новый парень Уэйн Риз, отвечающий за операции, с этим справится.

Глава 4

— Бен и Мишель, немедленно доедайте салат, — потребовала Эми. — Если нам придется после сегодняшнего ужина его выбросить, он превра­тится в муда.

— Во что? — удивленно спросила ее мать.

— Муда, — ответила Эми, которая только что вернулась с трехдневно­го семинара для руководителей по вопросам LSS и все еще испытывала сильное воодушевление. — Муда — это японское слово, означающее «по­тери».

— Еще раз — как оно произносится? Мула[17]? — переспросила Зельда.

— Нет... Му-у-да, — протяжно произнесла Эми.

— Эй! Следите за тем, что говорите своей матери, молодая леди! — воскликнул ее отец, сидевший на другом конце стола.

— Гарри, все в порядке! Она просто рассказывает мне о своей рабо­те, — воскликнула Зельда и снова повернулась к дочери. — Ну... и что же это означает?