Новое зло. Особенности насильственных преступлений и мотивации тех, кто их совершает

Люди часто используют фразу «убийца-подражатель», когда убийца вступает в действие вскоре после какого-то нашумевшего эпизода, когда убийца совершил свой поступок определенным методом и на определенной территории. Многие школьные стрелки действительно восхищались своими предшественниками, а затем подражали им, даже если их нападения разделяли несколько лет, а не дней или недель. Так было со Стивом Казмирчаком, аспирантом Северного Иллинойского университета, который приурочил свою бойню ко Дню святого Валентина в 2007 году. В этот же день 10 лет спустя Николас Круз устроит свой массовый расстрел. Николас Круз брал также пример и с Сын Хи Чо, который, в свою очередь, брал пример с Гитлера и нацистов. И так далее. В отличие от Харриса или Чо, Казмирчак мог казаться более «нормальным», у него были девушки, и он хорошо учился. Тем не менее у него были проблемы с психикой. Он страдал от биполярного расстройства с выраженным параноидальным уклоном, что заставило некоторых психиатров поставить ему достаточно точный диагноз «шизоаффективное расстройство». Так как во время неактивной фазы он казался практически нормальным, ему удавалось поддерживать дружеские отношения с другими людьми. Воспоминания его друзей в сочетании с его сочинениями дают гораздо более богатую биографию, чем у многих других школьных стрелков – по сути, это были дикие качели, начиная с его раннего детства и до развязки в 2007 году, когда он убил пятерых студентов университета и ранил 21 человека, после чего застрелился. Площадкой для своего зверства он выбрал большой лекционный зал университета, где он вышел на сцену в черной футболке с надписью «Террорист» и изображением штурмовой винтовки. Он принес с собой чехол для гитары с шестью пистолетами, включая несколько полуавтоматических пистолетов, и множеством патронов. Среди погибших, кроме него самого (ему было 27), было четверо студентов 19 и 20 лет, а также еще один 32-летний. Мотивов у него было много. Прежде всего, им двигало желание наказать университет за сокращение половины преподавателей с факультета социологии, где он готовился к защите докторской диссертации по, кто бы мог подумать, криминологии[943]. Другие факторы стресса: его мать, с которой у него были в основном негативные отношения, умерла за полтора года до этого от бокового амиотрофического склероза, известного как болезнь Лу Герига; отношения с его девушкой, Джессикой Бэти, разладились; он плохо сдал экзамен в юридический колледж, что разрушило его надежду туда поступить. Кроме того, к тому времени он уже пять лет не принимал назначенные ему психотропные препараты, и его психоз снова стал проявляться. После стольких лет без лечения он, согласно закону штата Иллинойс, имел право на приобретение оружия. Таким образом, он смог совершенно законно приобрести еще несколько полуавтоматических пистолетов. Казмирчак теперь проводил все время в тире, а не в школе. Его биполярное расстройство проявлялось в разных формах с самого раннего возраста. В детстве, например, он и его мать, которая также была психически больной, постоянно смотрели фильмы ужасов о пытках и чуме. Его отец, в свою очередь, страдал от депрессии и алкоголизма. Казмирчак был жесток со своей собакой; делал бомбы из щелочного средства для чистки труб, которые его научил мастерить друг детства; в старших классах стал готом, носил черные плащи и ботинки с цепями и шипами; начал носить свастику. В 10-м классе он стал заниматься сексом с девушками, а иногда и с мужчинами. У него появились суицидальные наклонности, и в 16 лет он получил серьезную передозировку парацетамолом. Это привело к его первой из девяти госпитализаций, в основном в связи с суицидальным поведением в результате передозировки различными лекарствами, включая снотворное и стабилизаторы настроения, или из-за того, что пытался перерезать себе вены. Попутно у него развилось обсессивно-компульсивное расстройство с навязчивым мытьем рук, проверкой ключей и повторяющимися действиями разного рода. В школе другие называли его «Стив-самоубийца» или «педик». У него были резкие перепады настроения, и он злоупотреблял марихуаной вместе с некоторыми своими одноклассниками. Врачи назначали ему одно лекарство за другим, надеясь справиться с его состоянием: антидепрессанты, такие как «Прозак» и «Паксил», стабилизаторы настроения, такие как литий и «Депакот», а также антипсихотические препараты, такие как «Сероквель» или «Зипрекса», от которых он набирал вес, в результате чего стал весить 130 кг. Наконец, у кого-то хватило мудрости выписать «Клозарил», антипсихотик, который часто помогает, когда другие препараты оказываются бессильны, однако он вскоре прекратил его принимать[944].