О западе, который пыжился, пыжился, а Россия сама по себе

Конституцию, за соблюдение которой ратует президент, приняли всего несколько лет назад, а уже сколько из-за нее крови! Объявляя реформу «вертикали власти», президенту следовало бы объявить и о намерении сделать нормальную Конституцию. Но он даже трогать её боится, о чём прямо сказал во время своей пресс-конференции в июне 2003 года. Мы продолжаем жить в тумане: что ждет страну?..

Для роста нет причин!

Внешний наблюдатель, послушав выступления деятелей нашего правительства, может сказать, что мы удивительная страна: почти полностью проели свои основные фонды, и всё же умудрились устроить какой-то экономический рост. Но это только на первый взгляд. На самом деле никакого роста нет, а есть хитрая статистика.

За время реформ мы испытали три крупных падения, – 1992 года, 1995 года и 1998 года. В июне 1992 года сверхжесткая финансовая политика привела к замене на ключевом посту председателя Центробанка монетариста Г. Матюхина на В. Геращенко, и произошёл переход к безоглядной эмиссионной политике. И как следствие получили огромную инфляцию.

В 1994-м реальные доходы населения достигли наивысшего уровня за всё время реформ, но чрезмерное ужесточение финансовой политики привело к резкому ускорению спада и кардинальному ухудшению структуры экономики. Именно тогда был «переломлен её хребет», но рост благосостояния (проедание накопленного при советской власти и заимствование у будущих поколений) обеспечил необходимый для продолжения жёсткой политики «наркоз».

В 1995 году было прекращено финансирование бюджетного дефицита кредитами Центробанка, и расходы федерального бюджета упали с 24 до 16% ВВП. Не то что восстановление, но даже поддержание достигнутого уровня жизни при такой политике было невозможным. Чтобы «подсосать» себе денег, государство развернуло пирамиду ГКО, которая рухнула в августе 1998 года, утащив за собой сбережения граждан и увеличив цены импортных товаров.

Последнее падение сопровождалось четырёхкратным обесцениваем рубля по отношению к доллару. А это привело к ограничению импорта и удовлетворению внутреннего спроса за счёт восстановления части ранее закрытых производств. Кроме того, цены на нефть достаточно сильно выросли.

Вот и все истоки роста.

Но когда Путин готовился к избранию на пост президента, надо было как-то обозначить, каковы его экономические цели. Позвали экспертов; эти ушлые ребята сразу сообразили, что планировать рост никак нельзя, зато наобещать можно, чего угодно, если идти «от обратного». Расчёт сделали простейший: взяли суммы ВВП России и некоторых других стран, поделили друг на друга, и определили, каков должен быть наш рост, чтобы догнать их… ну… годков через пятнадцать. Готовя свою книгу в 1999 году, В.В. Путин и взял цифры желательного роста:

«Вот расчеты экспертов. Для того, чтобы достичь душевого производства ВВП на уровне современных Португалии или Испании, – стран, не относящихся к лидерам мировой экономики, – нам понадобится примерно 15 лет при темпах прироста ВВП не менее 8 процентов в год. Если сумеем в течение этих же 15 лет выдерживать темпы прироста ВВП на уровне 10 процентов в год, то достигнем нынешнего уровня душевого производства ВВП Великобритании или Франции».

Цель поставили, ничего, естественно, не сделали. Ни Франции не догнали, ни Португалии. Надо было взять обязательство догнать США, – за пять лет, при 100% роста ВВП. С научной точки зрения разницы никакой, но зато теперь говорили бы об экономическом соревновании с США, а не с Португалией; народу это было бы приятнее.

А за это время факторы, хоть как-то влиявшие на восстановление докризисного ВВП, исчерпались. Пора государству «рулить» экономикой, отнимая рычаги у олигархов, но властям не хочется ничего менять, – на это нет у них ни сил, ни воли. Всё, что удалось, это учредить Центр стратегических разработок. Сегодня известны результаты его работы: полный пшик. А роста нет, и не будет.

Правда, нам сообщают, что он, рост этот треклятый, есть, но темпы его упали до 4% в год. Или не до 4%? Или не в год? Это, между прочим, большая статистическая загадка. Экспертов много, и у каждого свой подход.

В 2001 году министр финансов Алексей Кудрин заявил, что в текущем году ВВП вырастет на 4%, а цены на 14—16%. Минфиновских чиновников (экспертов, так сказать) не смутило даже то, что цены на момент этого прогноза росли в два раза быстрее. Значит, пояснили эксперты, во втором полугодии будут падать.