О западе, который пыжился, пыжился, а Россия сама по себе

А десяти процентам самых бедных россиян доставалось всего 2,4% национального богатства. И получается, что в России два «средних» класса: свой у «бедных», и свой у «богатых». Когда реформаторы говорят о намерении действовать «в интересах среднего класса», то о каком из них идет речь? И чего ждать остальным?

Проблема здесь в том, что ограничения в экономическом взаимодействии между различными составляющими совокупного населения приводят к негативным последствиям. У них разная идеология, мораль и цели, разные деньги и разные интересы. Эти два народа, пользуясь одной территорией и внешне оставаясь в рамках одной культуры, имеют совершенно разные виды на будущее как своих семей, так и всей страны.

Профессор Д.С. Чернавский провел исследование по этому вопросу и выстроил соответствующий график. Его выкладкам можно верить, хотя абсолютно достоверных статистических данных у нас нет[8]. Результат представлен на графике.

Экономическая структура общества (ЭСО), распределение р(х) домохозяйств по ликвидным накоплениям X. а) – унимодальная ЭСО; б) – бимодальная (двугорбая).

В обществе с одним населением (кривая «а»), преобладающий средний класс служит не только гарантом стабильности общества, но также является основным потребителем производимых в обществе товаров. Цены на товары длительного пользования устанавливаются в области максимума «горба» и устраивают всё общество. Роль государства при этом сводится к регулированию по краям «горба», как на левом (социальная поддержка неимущих), так и на правом (ограничение доходов сверхбогатых), что приводит к снижению социальной напряжённости в обществе. В этом же направлении действует государственное ограничение цен на товары первой необходимости и тарифы естественных монополий.

Совершенно другими характеристиками обладает общество с бимодальной, «двугорбой» структурой (кривая «б»). В таком обществе имеется многочисленный слой малоимущих («простой народ», левый горб) и небольшая группа богатых («элита», правый горб), единый средний класс отсутствует.

Чем сильнее различаются доли общего богатства, приходящиеся на 10% самых бедных по сравнению с 10% самых богатых, тем больше в нем будет «социальная напряженность». При тридцатикратном различии можно ждать социального взрыва. В обществе с двумя максимумами у государства возникает вопрос: кого поддерживать? Если правительство призывает ориентироваться на средний класс (а унимодальному среднему классу в бимодальном распределении соответствует как раз минимум между двумя максимумами, «бедным» и «богатым»), такое регулирование не будет приносить пользы. Больше всего от этого страдают отечественные промышленные предприятия, так как отсутствие «среднего класса» автоматически означает отсутствие широкого денежного спроса на их продукцию.

В таких условиях ослабление государства, устранение его от регулирования способствует дальнейшему расслоению общества. Все разговоры о каких-то «равных возможностях» здесь не уместны. Это явно видно по результатам выборов (где якобы демократично в реальности побеждают «большие деньги»), принятая так называемая плоская система подоходного налога, да и многое другое, – всё это идет на пользу только одной части общества в ущерб второй.

Так что роль государства в этом обществе может быть двоякой.

Во-первых, его культивирование и самоустранение от регулирования отношений, если власть в стране – у меньшинства (элиты).

Во-вторых, если это власть большинства (народа) – ликвидация такого распределения, для чего нужно затруднять пользование ресурсами второй части (элите) и дать максимальный доступ к ним первой части (народу), убрав экономические ресурсы из владения элитой. В том же направлении должны действовать высокие налоги на доходы элиты. А также, при наших специфических российских условиях, следовало бы ввести ограничения на внешнеэкономическую деятельность не государственных предприятий, так как дешёвое внутреннее сырье является объектом спекуляций на внешнем рынке и источником благосостояния элиты.

Нетрудно видеть, что в этом случае успех может быть достигнут только при сильном государстве, являющемся активным участником экономики, а не сторонним наблюдателем, собирающим налоги.

Сегодня у нас власть меньшинства, а потому ничего из перечисленного не выполняется. Кстати, если общество бимодальное, а политика приспособлена к условиям общества унимодального, то результаты такой политики будут совсем уродскими.