Обманчивый блеск мишуры

— Конечно. А вы, — перешёл Аллен к Винсенту, — в точности выполнили все распоряжения по поводу ёлки. В половине восьмого вы находились за углом западного крыла. Верно?

Винсент кивнул.

— Скажите, кто-нибудь открывал окно на западной стороне и выглядывал оттуда? Вы не помните?

— Помню, ещё бы, — прохрипел Винсент простуженным голосом. — Он. Посмотреть, тут ли я. Он так и собирался. В семь тридцать.

— Полковник? Или Маульт?

— Откуда я знаю? Я решил, что полковник, потому что ждал полковника.

— Он был с бородой?

— Я не обратил внимания. Это был просто чёрный силуэт в освещённом окне.

— Он помахал или подал какой-нибудь другой сигнал?

— Это я ему помахал, чтобы он спускался. Как велели. Все уже были в гостиной. Он тоже махнул в ответ, и я завернул за угол. Как велели.

— Прекрасно. Затем вы провезли санки через двор и встретились с Маультом, которого приняли за полковника Форестера. Где именно вы его встретили?

Как выяснилось, за скульптурой Найджела. Винсент сказал, что там он избавил друида от зонтика, передал ему лямку и подождал, пока тот вернётся.

— Получается, что вы пропустили представление? — заметил Аллен.

— Не очень-то и хотелось, — буркнул Винсент.

— Вы дождались его, взяли санки, а он вернулся через прихожую в гардеробную. Верно?

— Так я сказал мистеру Билл-Тосмену и буду повторять любому.

— Вы вернули ему зонтик?

— Нет. Он слишком быстро удрал.

— Где именно вы были, когда видели, как он вернулся в гардеробную?

— Где-где… На проклятом снегу. Где же мне ещё быть?

— За надгробием?

— Эй! — вспыхнул Винсент. — Вы ещё издеваетесь? Хотите сделать из меня посмешище? Не смешно.

— Я и не собирался шутить. Я просто пытаюсь представить себе общую картину.

— Как я мог что-нибудь видеть из-за чёртова сугроба?

— Выбирай выражения, — рявкнул Казберт, а Киски-Ласки укоризненно произнёс:

— Укороти язык!

— Мне кажется, вы могли выглянуть из-за угла или посмотреть поверх ледяной скульптуры, — выдвинул предположение Аллен.

Наконец ему удалось добиться от Винсента, что тот видел, как Маульт входит в дверь гардеробной, когда он, Винсент, увозил санки за угол западного крыла.

Затем Аллен спросил, когда снимали украшения с ёлки, и узнал от Казберта, что это сделали Винсент, Найджел и мальчик, пока гости ужинали. Дети уже поели и были оставлены наедине со своими подарками в библиотеке. Украшения сняли, уложили в коробки и унесли. Само дерево вынесли через французское окно и задвинули шторы, чтобы ёлки не было видно.

— И там она и осталась. До каких пор? Снова продолжительное молчание.

— Так, — мягко сказал Аллен. — Сейчас ёлки там нет Она за углом под окном кабинета. Кто её туда перенёс Вы, Винсент?

Винсент снова взорвался, но в конце концов признал, что именно он убрал ёлку — Когда? — спросил Аллен, вспомнив, что видела Трой из окна около полуночи.

Винсент не мог сказать точно когда. Выяснилось, что после уборки гостиной, перемывания огромного количества посуды и выполнения прочих утомительных обязанностей слуги и пришлые помощники сели за поздний ужин. Винсент, на лбу у которого выступил пот, сознался, что получил от мистера Билл-Тосмена приказ убрать ёлку с глаз долой, чтобы её вид не нарушал праздничного настроения. Но в суматохе Винсент вспомнил об этом только когда собрался ложиться спать.

Он натянул куртку, взял тачку, погрузил на неё ёлку и свалил в развалинах оранжереи.

— Почему именно туда? — спросил Аллен.

Винсент свирепо и вместе с тем с некоторой опаской осведомился, куда же ещё ему было волочь дерево среди ночи. Его, пояснил он, так и так убрали бы бульдозерами вместе с прочим хламом через пару дней.

— Я уверен, — сказал Аллен, — что вы все поняли, зачем вас попросили внимательно обследовать оранжерею, где лежит ёлка, не так ли? Потому что Маульт мог забрести туда и потерять сознание или даже по какой-либо причине высунуться чересчур далеко из окна верхнего этажа и упасть.

— Что за мысль, — пробормотал Киски-Ласки, нервно облизнув губы.

Винсент заявил, что в эту свалку могла хлопнуться хоть дюжина чёртовых Маультов, но он бы все равно ничего не заметил. Он избавился от дерева и ушёл.

— Послушайте, — сказал Аллен, обводя всех взглядом, — вы все, должно быть, не раз сталкивались с Маультом и сыты им по горло, верно?

Они тут же замкнулись, как устрицы. Их глаза блуждали где угодно, только бы не встречаться взглядом с Алленом, и никто не проронил ни звука.

— Успокойтесь, — начал было он, но внезапно Найджел пронзительно выкрикнул:

— Он был грешником перед лицом Господа!

— Заткнись — с тихим бешенством произнёс Мер-вин.

— Он грешил всеми видами шутовства.' — Да уймите же его кто-нибудь! — взорвался Киски-Ласки, дёрнув ногой, и потревоженные кошки спрыгнули на пол.

Уилфред, покрутив пальцем у виска, намекнул таким образом Аллену, что Найджел не в своём уме.

— Почему вы считаете Маульта грешником? — спросил Аллен у Найджела.

— Он был преисполнен злобы, — понизив тон, возвестил Найджел. — Исполнен ею до самого края.

— К кому?

— К праведным, — выпалил Найджел.

— Знаешь что, увянь-ка ты, — мрачно предложил Мервин.