Обманчивый блеск мишуры

— Эти одноделыцики! Никогда не знаешь, чего от них ждать. Парень говорил дело: насильником его действительно не назовёшь. Во всяком случае, в общепринятом смысле слова. А этот толстяк — повар, что ли? — забавен. Как вы его назвали?

— Киски-Ласки.

— Значит, я не ослышался.

— Он очень любит кошек. Кстати, эти животные играют в моей истории довольно любопытную роль. Давайте-ка, Братец Лис, я введу вас в курс дела. Пойдёмте в холл.

2

Аллен завершил свой подробный рассказ, который Фокс выслушал в своей обычной манере, а именно: подняв брови, кривя губы и тихо пыхтя. Время от времени он делал для себя пометки, а когда Аллен кончил, назвал дело “необычным”, как консервативный портной, которому предложили причудливую выкройку.

Все это заняло довольно много времени. Пробило семь. Окна в холле так и были задёрнуты шторами, но, выглянув, Аллен обнаружил, что снаружи у всех дверей уже стоят констебли, а Бейли с Томпсоном старательно освещают тело Альфреда Маульта, над которым склонилась чья-то фигура в пальто.

— Полицейский врач, — прокомментировал Аллен. — Фокс, вот ключ от гардеробной. Взгляните пока, а я побеседую с хирургом. Двигайтесь осторожно. Мы потом проведём там обследование по полной программе.

Полицейский врач Мур сообщил, что Маульт был оглушён или убит на месте ударом в основание черепа, а затем была сломана шея, предположительно в результате падения. Аллен принёс кочергу, её примерили к ужасной ране, убедились, что испачканное место ей полностью соответствует, и должным образом запечатлели этот факт на фотографии. Затем доктора Мура — пожилого человека с добрыми живыми глазами — повели посмотреть на парик. Приглядевшись как следует к мокрому пятну, Аллен обнаружил волосок, который казался не до конца отмытым. Было принято решение предложить парик вместе с кочергой учёному вниманию экспертов Ярда.

— Его здорово стукнули, — сказал доктор Мур. — Полагаю, вам следует обратиться к сэру Джеймсу.

Джеймс Кортис был патологоанатомом-консультантом Скотланд-Ярда.

— Мне кажется также, — добавил доктор Мур, — что нет смысла оставлять тело на месте обнаружения. С тех пор, как его стукнули, его не раз перемещали. Но удар был. Это точно.

И он вернулся к своей практике в Даунло. Было уже семь тридцать.

— Думаю, что он прав, Фокс, — сказал Аллен. — Я, конечно, свяжусь с Кортисом, однако, по-моему, он разрешит двигать тело. В конюшнях под башенными часами есть пустые помещения. Доставьте его туда на машине и, разумеется, уложите поприличнее. Полковнику Форестеру придётся провести опознание.

Аллен созвонился с Джеймсом Кортисом и получил ворчливое разрешение убрать Маульта с порога мистера Хилари. Сэр Джеймс любил, когда трупы оставались на месте, однако в данном случае, учитывая все обстоятельства, выражаемое им неодобрение было чисто академическим. Аллен вернулся в холл к Фоксу.

— Боюсь, мы больше не можем оставлять мистера Билл-Тосмена в неведении, — заметил он. — Скверно. Должен сказать, перспектива выдерживать ожидаемые эмоции меня не радует.

— Если исключить слуг, что, как я понял, мы и делаем, то остаётся не так уж много подозреваемых, не правда ли, мистер Аллен?

— Всего шесть, если заодно исключить тридцать с хвостиком гостей и Трой.

— Главное, — неторопливо проговорил Фокс, — сообразить, кого за кого принимали и принимали ли вообще. Учитывая парик и усы.

— Именно. Получается, круг подозреваемых сужается до пяти?

— Кто-то, кто терпеть не может полковника, так?

— По-моему, подобное чувство к полковнику психологически невозможно. Это настоящий персонаж из “Винни-Пуха”.

— Кому выгодна его смерть?

— Понятия не имею. Насколько я понял, его завещание находится в железной коробке.

— Точно?

— Вместе с королевскими драгоценностями и разными прочими документами. Посмотрим. — Одного не понимаю, — сказал Фокс. — Положим, Маульт отыграл. Вернулся в гардеробную. Молодая леди снимает с него парик, усы и оставляет его там. Снимает. Конечно, если она не лжёт. Ладно, пусть лжёт. И куда мы приходим в этом случае?

— Вот именно, Братец Лис. Куда?

— А никуда. К полнейшему бреду. Типа того, что она поднялась наверх, раздобыла кочергу, стукнула его Бог знает зачем, потом отволокла по лестнице под носом у всех слуг и детей, сняла там парик и выкинула тело вместе с кочергой из окна. Или поднялась с ним наверх, пока он ещё был жив и невредим, невзирая на то, что слуги видали, как она в гордом одиночестве проследовала через холл в гостиную, да и времени не хватало, плюс… Впрочем, зачем продолжать? Это глупо.

— Весьма.

— Ладно, тогда её исключаем. И остаётся нам…, что? Например, обрывок ткани. Если он действительно имеет отношение к одеянию друида. Он ведь застрял на дереве? Выходит, Маульт выпал из окна прямо в облачении. Почему тогда оно не порвано, не отсырело, не запачкалось? И кто вернул его обратно в гардеробную?

— А вам не кажется, что обрывок мог прилипнуть к кочерге, которая тоже застряла на дереве?

— Черт! Верно. Ладно, пойдём дальше. В какой-то момент Маульт выпадает из верхнего окна, получив кочергой по голове. В парике?

— Продолжайте, Братец Лис.