Обманчивый блеск мишуры

— Предположим, парик на нем был. Очевидно, был. Насчёт бороды и усов мы ничего сказать не можем.

— Не можем.

— Тогда оставим их в стороне. Шут с ними, с усами. Но парик…, парик очутился в гардеробной вместе с облачением. Там, где их и оставили, однако с признаками того, что парик постарались отмыть от крови. Впрочем, не совсем эффективно: кое-какие следы остались. И что мы имеем? Тело выпадает из окна, снимает парик, моет его, а заодно приводит в порядок костюм, затем возвращается под окно и снова ложится.

— Интересная гипотеза.

— Прекрасно. В таком случае, кто нам остаётся? Ми, — стёр Билл-Тосмен, полковник, его жена и Берт Смит. Можно исключить кого-нибудь из них?

— Полагаю, да.

— В таком случае извольте побыстрее сообщить, каким образом?

— Постараюсь, Братец Лис.

Во дворе констебли подняли окоченевшее тело Альфреда Маульта, положили его в машину и отвезли на задворки поместья. Надгробная фигура предка Хилари Билл-Тосмена превратилась в истлевший от бури призрак на крышке упаковочного ящика. Аллен глядел в окно и последовательно излагал Фоксу своё понимание случившегося, пока наконец не сложилась законченная картина.

Когда Аллен замолчал, его коллега испустил глубокий вздох и провёл рукой по губам.

— Неожиданно, но умно, — прокомментировал он. — Очень умно. Однако поймать будет непросто.

— Да.

— Понимаете, нет мотива. Это всегда настораживает. Во всяком случае, нет видимого мотива. Разве что умалчивают.

Аллен извлёк из нагрудного кармана сложенный платок, развернул его и показал ключ от навесного замка.

— Вот что поможет нам разобраться.

— Было бы за что уцепиться, — согласился Фокс. Прежде чем сообщить Хилари о дальнейшем развитии событий, Аллен и Фокс навестили Найджела, который в трансе сидел меж подносов с утренним чаем. Аллен решил, что Трой охотно написала бы нечто подобное.

Узнав о смерти Маульта, Найджел первым делом недоверчиво покосился на Аллена, чтобы убедиться, правду ли он говорит. Потом несколько раз кивнул с видом пророка:

— “Мне отмщение”, сказал Господь.

— Только не в этом случае, — поправил Аллен. — Маульта убили.

Найджел склонил голову набок и захлопал белыми ресницами. Аллен начал прикидывать, можно ли все-таки Найджела считать в своём уме.

— Как? — спросил наконец Найджел.

— Его ударили кочергой.

Найджел тяжело вздохнул. “Словно Фокс”, — невольно подумал Аллен.

— Повсюду грех! — подытожил Найджел. — Везде блуд! Таковы пороки сего развращённого времени.

— Тело, — продолжил Аллен, — было найдено в упаковочном ящике, который послужил основой для сделанного вами надгробия.

— Если вы думаете, что это я его туда положил, то вы здорово ошибаетесь, — произнёс Найджел почти как нормальный человек, а затем завёл, все повышая тон:

— И это ведает Господь Отец Небесный! Хоть ведает он и то, что я грешник. Грешник! Я ударил бесстыжую леди и убил её пред ликом небес, и небеса разверзлись, излив на меня чашу гнева. Ибо не входило то в их волю. Мой грех…

И тут, как обычно, Найджел разразился слезами.

Аллен с Фоксом вернулись в холл.

— Натуральный псих, — расстроенно сказал Фокс.

— Мне говорили, что обычно он вполне нормален.

— Это он разносит подносы с чаем по комнатам?

— В восемь тридцать, как говорит Трой.

— Я бы, пожалуй, предпочёл отказаться от чая.

— Трой утверждает, что чай отличный. Учтите, что экспериментировал с мышьяком вовсе не. Найджел, а Винсент.

— Не нравится мне все это, — проворчал Фокс.

— Мне тоже. Братец Лис. Будь я проклят, если мне нравится, что Трой оказывается хотя бы в радиусе ста миль от какого-нибудь нашего дела, — и вам это прекрасно известно. Мне не нравится…, а, ладно. Послушайте: вот ключи от гардеробной полковника Форестера. Пусть Томпсон и Бейли как следует там поработают. Рамы окон. Все поверхности, все предметы. Это ключ от шкафа. Весьма вероятно, что существуют дубликаты, но теперь это уже неважно. В гардеробе у самой стенки железный ящик для военной формы. Уделите ему особое внимание. Когда Томпсон с Бейли закончат, пусть сообщат, а я пока пойду побеспокою Билл-Тосмена.

— Господи!! — возопил Хилари, перегнувшись в холл через перила лестницы. — Что ещё?!

Он буквально пританцовывал на галерее в своём темно-красном халате, неприглаженные волосы торчали во все стороны, лицо было бледное и встревоженное.

— Что происходит на конюшенном дворе? Что они делают? Вы нашли его?

— Да, — подтвердил Аллен. — Я как раз собирался сказать вам. Вы можете немного подождать? Фокс, когда освободитесь, присоединяйтесь к нам.

Хилари ждал, покусывая костяшки пальцев. — Мне должны были сообщить, — выпалил он, как только Аллен поднялся по лестнице. — Меня должны были поставить в известность немедленно.

— Мы могли бы где-нибудь уединиться?

— Да, да. Конечно. Пройдёмте ко мне. Мне все это не нравится. Нужно сообщить.