Обманутая, но торжествующая Клио (Подлоги письменных источников по российской истории в XX веке)

Они поначалу носили устный характер. Для их подтверждения в начале 60-х годов Антонин Аркадьевич начал фальсифицировать дарственные надписи на книгах. Следует признать, что это ему удавалось делать не без успеха, хотя в основе фальсификации автографов лежал бесхитростный прием их механического копирования из доступных факсимильных публикаций. Любопытно, что при знакомстве с такими записями эксперты независимо друг от друга зафиксировали одинаковое восприятие. Так, например, Веселина, говоря о ленинском автографе на книге "Борьба за хлеб", пишет, что "не хватает лишь какого-то малейшего напряжения зрения, чтобы прочесть ее человеческим глазом". О сходных впечатлениях пишет и Т.И.Краснобородько. По ее словам, пушкинские надписи "почти "угасли", они едва заметны и скорее угадываются, чем читаются". Зато эта неуловимость в прочтении ничуть не смущала Антонина Аркадьевича: он больше, чем кто-либо другой, желал, чтобы записи были неясны, но все же прочитаны. Поэтому появились копии этих записей, изготовленные якобы тогда, когда они хорошо читались.

Чтобы придать большую достоверность подложным автографам, Раменский фальсифицирует записи своих предков на "Письмовнике", а также придумывает тексты писем к ним знаменитых людей, предоставляя их в виде копий, изготовленных якобы до их утраты. Так возникают два новых вида подлогов. И они принимаются многочисленными журналистами за чистую монету, хотя и встречают скептическое отношение со стороны специалистов. Ильин рассказал автору книги о своих беседах со Штормом, не раз встречавшимся с Раменским. Шторм не верил ему, хотя "радищевская версия" истории династии Раменских красиво подтверждала именно его гипотезу.

Раменский не мог не учитывать этого обстоятельства. Если верить хронологии дальнейших событий, зафиксированной самим Антонином Аркадьевичем, во второй половине 60-х годов он изобретает новый вид подлогов -- "Акт" и его "Дополнение". Как официальные документы, составленные до гибели библиотеки и архива Раменских, они становились главной опорой фальсификаций, которые одновременно подтверждали и их достоверность, и их подлинность. В результате была создана система взаимосвязанных фальсификаций исторических источников. В начале 70-х годов она была дополнена "мемуарами" Антонина Аркадьевича, содержавшими новые детали истории рода, но в основе своей имевшими все те же фальсифицированные материалы.

Хитроумно и изощренно была продумана система прикрытия подлогов, которая со временем все более и более усложнялась. Первоначально появилась легенда об огромной библиотеке и архиве Раменских, хранившихся в селе Мологино Ржевского района и погибших во время Великой Отечественной войны. Затем стали находить ее остатки. Сначала они были обнаружены неизвестным мальчишкой-археологом, затем -- в старой, заброшенной сторожке самим Антонином Аркадьевичем. Почти одновременно с этими "открытиями" к Антонину Аркадьевичу стали попадать остатки еще одной библиотеки и архива Раменских -- из села Лялино Бо-логовского района. Знаменательно, что открытия начались с ленинских автографов, которые были бескорыстно переданы в Институт марксизма-ленинизма. И пока специалисты института занимались их экспертизой на предмет подлинности, легенда начала свое путешествие по страницам отечественных изданий. Гарантией ее достоверности в определенной мере служил и созданный журналистами образ мужественного коммуниста, прикованного к кровати, человека с героической судьбой. "Открытия" Раменского импонировали и местному партийному руководству, со стороны которого ему, как свидетельствуют архивные документы, оказывалось внимание: 200-летний юбилей скромной мологинской школы, присвоение другой школе имени Раменского могли состояться только с санкции партийных властей.

Нельзя не отдать должного способностям и начитанности, знаниям в области истории Антонина Аркадьевича. Всего лишь один, но очень показательный штрих. В литературе о Карамзине вплоть до выхода книги Н.Я.Эйдельмана[365] практически никогда не фигурировала небольшая публикация, посвященная судьбе архива историка, хранившегося в большом сундуке в одном из имений Нижегородской губернии. В фальсификациях Раменского мелькает "сундук Карамзина", с которым мечтал познакомиться Пушкин, -- факт, примечательный для характеристики познаний Антонина Аркадьевича. Эти знания и дали ему возможность изготовить подлоги, в высшей степени изящные и изощренные по своему содержанию, придумать хитроумные версии их бытования и обнаружения. Его фантазии оказались масштабны по географии и хронологии охвата событий и людей. Франция, Турция, Польша, Болгария, Венгрия, Соединенные Штаты Америки, события XIX, XVIII и даже XIV вв., Авраам Линкольн, Ленин, Горький, Островский и т.д. -- все это было систематизировано, продумано и уложено в сложную схему истории учительской династии.

Рисунок 9

Последняя страница "Дополнения" к "Акту" об обследовании библиотеки и архива Раменских