Общество и его проблемы

Кроме того, исследование по мере возможности должно проводиться «по горячим следам»; в противном случае, оно будет иметь лишь исторический интерес. Знание истории требуется для того, чтобы придать результатам исследования необходимую связность. Но не будучи приближена к рассматриваемым событиям, история образует некоторый пробел, специфически влияющий на формирование суждений относительно интересов общества: эти суждения начинают строится на догадках относительно того, какие события могли оказать влияние в данном конкретном случае. В этом состоит одно из наиболее очевидных ограничений существующих социальных наук. Необходимый для них материал поступает слишком поздно, оказываясь слишком удаленным от времени изучаемого события, отчего оказывается неспособным эффективно воздействовать на формирование общественного мнения по вопросам, стоящим в центре внимания общества и нуждающимся в соответствующих решениях.

Взглянув на современное состояние общества, убеждаешься в том, что имеющиеся технические, внешние средства сбора информации относительно всего происходящего в мире намного обгоняют процесс осмысления этой информации и обработки результатов такого осмысления. О чрезвычайном уровне развития, достигнутом в этой области техническими приспособлениями, свидетельствует существование телеграфа, телефона (а теперь еще и радио), дешевой и быстрой почты, печатной прессы, способной быстро и по низкой цене размножать материалы. Когда же мы обращаемся к вопросу о том, что за материал фиксируется этими средствами и как обрабатывается этот материал, перед нами открывается совсем иная картина. «Новости» — это нечто только что случившееся, новизна их состоит в отклонении от чего-то прежнего, устоявшегося. Но смысл,

который несет в себе новость, определяется ее воздействием, ее социальным последствиями. Определить же таковые можно только сравнив новое со старым, с тем, что случилось ранее и превратилось затем в неотъемлемую часть развития. Без установления взаимосвязи и последовательности событий эти последние остаются не более чем случайными помехами, событие же — это нечто такое, из чего берет начало то или иное явление. Таким образом (сбрасывая со счета такие составляющие «новостей», как влияние частных интересов, заставляющих держать в тайне, скрывать и искажать определенные факты), мы находим объяснение тому, почему столь многое из того, что принято называть новостями, характеризуется тривиальностью и «сенсационностью». Различные неурядицы, как то: преступления, несчастные случаи, семейные ссоры, личные столкновения и конфликты — являются наиболее очевидными проявлениями нарушения последовательности; они несут в себе элементы потрясения, составляющего самую суть любой сенсации; чаще всего, они являются для нас чем-то новым, даже если о том, случилось ли описанное в этом или в прошлом году, возможно узнать только по дате, проставленной на опубликовавшей их газете — настолько не связаны они с нормальных ходом событий.

Мы настолько привыкли к подобному способу сбора фактов, способу фиксирования и изображения соответствующих социальных перемен, что кажется смешным утверждение о том, что истинная наука об обществе должна заявлять о своем существовании со страниц ежедневной прессы, а книги и статьи научного характера должны заниматься лишь поставкой и совершенствованием исследовательского инструментария. Между тем, исследования, которые одни только способны предоставить обществу знание, пригодное для формирования адекватных суждений, должны быть ежедневными, идя в ногу со временем. Даже если бы социальные науки как специализированный механизм исследования имели более продвинутый вид, чем сейчас, они все равно обречены оставаться относительно бессильными в части руководства общественным мнением — до тех пор, пока они не займутся повседневным и непрестанным сбором «новостей» и интерпретацией их. С другой стороны, орудия социального исследования будут оставаться несовершенными до тех пор, пока их продолжают создавать вдали от места события, в условиях, не имеющих ничего общего с исследуемой реальностью.