Очарованные смертью. Почему они убивают

Так, когда дело только было сдвинулось с мертвой точки, начальнику городского отдела уголовного розыска Юрию Закшеверу, возглавлявшему группу, расследующую это дело, дали понять, что поиски преступников пора сворачивать. Сыщик пытался противостоять очень долго, но в конце концов у него не осталось выбора – прессинг был колоссальным, из-за чего работу по делу пришлось прекратить.

Тем временем Ростов-на-Дону буквально захлестнули квартирные кражи с пытками и часто убийством пострадавших, которые все как один занимались теневым бизнесом – торговлей, фарцовкой и спекуляцией. Они выносили из квартир все – деньги, украшения, дорогую одежду и другие ценности, которые можно продать.

При этом все преступления, очевидно, совершались по наводке, а жертвы сами впускали матерых воров в свои квартиры: бандиты приходили к ним в белых халатах – под видом тех, кому безусловно доверяют все, – врачей, санитаров или сотрудников санэпидемстанции.

На дворе был март, когда по серии квартирных краж была собрана новая оперативно-следственная группа под руководством следователя областной прокуратуры Льва Васильева. Именно он поднял старые дела и обратил внимание на закрытое дело Слепаковой. Вызвав к себе Юрия Закшевера, который честно признался в том, что ему угрожали, Васильев привлек его к новому расследованию. Теперь уже по делу «банды санитаров». Закшевер был добропорядочным сыщиком и обрадовался возможности дать делу ход снова, поэтому согласился без раздумий.

А еще сразу же поделился с Васильевым своими наработками. Главным подозреваемым, по мнению Закшевера, был тот, кто в записной книжке убитой Слепаковой значился как «Запас». Милиционер полагал, что имя этого человека может расшифровываться как Зафас.

Дело в том, что какое-то время назад Закшевер участвовал в операции по ликвидации наркопритона. Тогда оперативники задержали неких Анзора Гугушвили и Давида Гварамия. Они оба были студентами из Грузии, обучающимися в Ростовском мединституте, и зарабатывали воровством морфия и промедола, который продавали наркоманам. Среди покупателей они называли в том числе и некоего Зафаса, который, как удалось выяснить Закшеверу позже, не только употреблял наркотики, но и вращался со Слепаковой в одних кругах и мог быть причастным к ее убийству. Васильев приказал отрабатывать эту версию.

И уже совсем скоро догадка начальника городского отдела угрозыска стала находить подтверждения. Это случилось, когда капитан Валерий Беклемищев, отвечающий за сбор и аналитику в деле «банды санитаров», получил от информаторов сообщение о том, что воры, которых так отчаянно ищут, – наркоманы, совершающие кражи ради денег на покупку изменяющих сознание веществ. Также стало известно, что покрывают преступников очень влиятельные люди. Однако в этот раз сыщиков это не остановило.

Беклемищев срочно передал информацию Закшеверу и Васильеву, а также замначальника областного управления уголовного розыска, полковнику Амиру Сабитову, который взял дело под личный контроль.

Тогда же было решено допросить студентов Гугушвили и Гварамия снова. Они подтвердили знакомство Зафаса со Слепаковой и рассказали, что он между делом признавался им в желании с ней расправиться. 29-летнего Зафаса Барцица по кличке Барсик из Абхазии взяли в разработку и в первую очередь занялись изучением его происхождения. Которое заставило сыщиков обомлеть.

Дело в том, что отец Барцица был директором Сухумского центрального рынка в Абхазии, один дядя – влиятельным прокурором, а второй – сотрудником Министерства внешней торговли СССР. Сам Зафас был членом КПСС, имел высшее педагогическое образование и заочно получал второе – в строительном институте, одновременно работая партийным прорабом в «Ростовгражданстрое». Кроме того, он купил себе трехкомнатную квартиру, женился и завел ребенка. У Зафаса было все, о чем многие советские граждане могли только мечтать.

Однако погрешность в идеальной биографии все же была. Оказалось, что в юности, живя в Абхазии, Зафас связался с плохой компанией и уже там подсел на наркотики, затем и вовсе чуть не попав в тюрьму за грабеж. Конечно, влиятельный отец спас Барсика, но в наказание отправил непутевого сына в Ростов-на-Дону – подальше от дома, чтобы тот учился и «не позорил семью». Однако, судя по всему, это не сработало.

За Барцицом установили негласное наблюдение. Так выяснилось, что у Зафаса был съемный частный дом в Батайске. Под видом дорожных рабочих, якобы строивших обходную трассу Ростов – Баку, около дома подозреваемого установили вагончик. В нем на протяжении десяти дней сидел оперативник Анатолий Мясников, фиксируя все, что происходит в доме или, по крайней мере, рядом с ним. Именно Мясникову удалось заметить, что рядом с Зафасом, когда он приезжает в этот дом, часто появляется некий мужчина. Соседи позже шепнули, что Барциц зовет его «учителем». Личность неизвестного установили быстро. Это был находящийся во всесоюзном розыске ранее судимый криминальный авторитет Мовсес Айвазян.