Очарованные смертью. Почему они убивают

«Ад, 13 марта 1919 года

Уважаемый смертный:

Они никогда не ловили меня и никогда не поймают. Они никогда не видели меня, потому что я невидим, как эфир, который окружает вашу землю. Я не человек, а дух и демон из самого жаркого ада. Я тот, кого вы, орлеанцы, и ваша глупая полиция называете Дровосеком.

Когда я сочту нужным, я приду и потребую других жертв. Я один знаю, кем они будут. Я не оставлю никаких улик, кроме моего окровавленного топора, запачканного кровью и мозгами того, кого я отправил в преисподнюю, чтобы составить мне компанию.

Если хотите, можете сказать полиции, чтобы они были осторожны и не раздражали меня. Конечно, я разумный человек. Я не обижаюсь на то, как они проводили свои расследования в прошлом. На самом деле они были настолько глупы, что позабавили не только меня, но и Его сатанинское Величество, Франциска Йозефа и так далее. Но скажите им, чтобы они остерегались. Пусть они не пытаются узнать, кто я такой, ибо лучше бы им никогда не родиться, чем навлечь на себя гнев Дровосека. Я не думаю, что есть какая-либо необходимость в таком предупреждении, поскольку я уверен, что полиция всегда будет остерегаться меня, как это было в прошлом. Они мудры и знают, как уберечься от любого вреда.

Несомненно, вы, орлеанцы, считаете меня самым ужасным убийцей, каковым я и являюсь, но я мог бы быть намного хуже, если бы захотел. Если бы я захотел, я мог бы посещать ваш город каждую ночь. По желанию я мог бы убить тысячи ваших лучших граждан, ибо я в близких отношениях с Ангелом Смерти.

Теперь, если быть точным, в 00:15 (по земному времени), в ночь на следующий вторник, я собираюсь пройти над Новым Орлеаном. В моем бесконечном милосердии я собираюсь сделать вам небольшое предложение, люди. Вот оно: я очень люблю джазовую музыку, и я клянусь всеми дьяволами преисподней, что пощажу каждого человека, в чьем доме джаз будет играть полным ходом в то время, о котором я только что упомянул. Если у каждого будет джазовый оркестр, что ж, тем лучше для вас, люди. Одно можно сказать наверняка, и это то, что люди, которые не включат джаз в тот конкретный вечер вторника (если таковые будут), получат топор.

Что ж, поскольку мне холодно и я жажду тепла моего родного Тартара, а еще мне пора покинуть ваш земной дом, я прекращу свою речь. Надеясь, что вы опубликуете это, чтобы вам было хорошо. Я был, есть и буду худшим духом, который когда-либо существовал на самом деле или в мире фантазий.

Дровосек»

Дровосек из Нового Орлеана