Очерки истории российской внешней разведки. Том 4

4 апреля 1944 года председатель Государственного комитета обороны и Главнокомандующий И.В. Сталин вызвал в Кремль наркома государственной безопасности Меркулова, начальника военной контрразведки СМЕРШ Абакумова, начальника ГРУ Генштаба Красной Армии Кузнецова и начальника диверсионно-разведывательного управления НКГБ Судоплатова. Встреча состоялась перед началом летнего наступления советских войск в Белоруссии, и в этой связи командование Красной Армии было заинтересовано в продолжении оперативной игры с немецкой разведкой под кодовым наименованием «Монастырь». Были высказаны мнения посмотреть на эту игру с точки зрения достижения стратегических целей на заключительной стадии Отечественной войны.

— У кого есть соображения на этот счет? — спросил Сталин.

Начальник ГРУ генерал Кузнецов предложил, используя тот же канал, подбросить немцам информацию через «Гейне», представителя легендируемой нами организации (у немцев он был известен как «Макс»), о якобы планировавшейся наступательной операции на Украине, так как Ставка действительно ранее обсуждала этот вариант. Были и другие предложения. Остановились на том, что на этот раз лучше ввести немецкое командование в заблуждение, создав впечатление, что в тылу Красной Армии действуют остатки немецких войск, попавшие в окружение в ходе нашего наступления. Замысел заключался в том, чтобы заставить немцев бросить свои ресурсы на поддержку этих частей и побудить их сделать серьезную попытку прорвать окружение. Задание выходило за рамки проводившихся до сих пор в традиционных формах дезинформационных мероприятий. Поэтому были приняты активные меры к выяснению положения немецких войск на белорусском участке фронта и, в частности, о возможном наличии там окруженных Красной Армией частей. Было установлено, что действительно остатки разгромленных немецких частей выходили на Минское и другие шоссе, складывали оружие и ждали, когда их возьмут в плен.

18 августа 1944 года через московскую радиостанцию легендированной церковно-монархической организации «Престол» немцам было сообщено, что в районе реки Березины (БССР) будто бы скрывается крупная немецкая воинская часть численностью более 2000 человек, потерявшая связь со своим командованием и испытывающая нужду в продовольствии, медикаментах и боеприпасах. Так началась операция «Березино» — продолжение операции «Монастырь».

20 августа 1944 года был утвержден план «мероприятий по организации ложной базы якобы действующей в нашем тылу немецкой воинской части и обеспечению приема грузов, курьеров, радистов, которые должны быть направлены немецкой разведкой на данную базу». В соответствии с этим планом была создана специальная группа сотрудников Четвертого управления НКГБ СССР, которую направили в район Березино.

Ей поручили подобрать подходящее местонахождение из числа баз, в которых действовали партизанские отряды и где якобы укрывается легендируемая немецкая часть. Необходимо было подготовить площадки для приема груза и парашютистов и на случай возможного приземления немецких самолетов.

Оперативной группе предстояло обеспечить встречу немецких десантников, в том числе и радистов, принимать сброшенные немцами грузы и осуществлять другие мероприятия, связанные с проведением данной комбинации.

Один из пунктов этого плана предусматривал: «Для возможного легендирования наличия в намеченном районе немецкой воинской части, а также на случай необходимости организации «встреч» «втемную» с прибывшими немецкими агентами оперативной группе придается военнопленный немецкой армии подполковник Шерхорн, фигурирующий в наших сообщениях противнику как командир ле-гендируемой части, который содержится на базе под соответствующим контролем. (Подполковник был в курсе дела, так как перед этим был завербован.)» В группу были включены агенты-немцы, бывшие военнопленные, обмундированные в форму германской армии: «Георг» (для переговоров от имени немецкой воинской части с прибывшими немецкими агентами), «Вальтер» и «Жак».

В маскировочных целях в распоряжение начальника оперативной группы как НЗ выделялись продукты германского производства. И наконец, особой группе придавалось 20 автоматчиков отдельной мотострелковой бригады особого назначения НКГБ СССР.

Из архива Службы внешней разведки:

«Справка. Военнопленный подполковник Шерхорн Генрих. Кадровый офицер, по профессии администратор коммунального имущества. Взят в плен 9.07.1944 года в районе Минска, член НСДАП с 1933 года. Настроен пессимистично. В победу Германии не верит».

Органами государственной безопасности подполковник Генрих Шерхорн был завербован, и ему присвоили псевдоним «Шубин». Интересны детали, связанные с этим. Почему на роль командира этой части выбор пал именно на Шерхорна?