Очерки по психологии аномального развития личности

Начнем с самого понятия уровня притязаний. Ф. Хоппе пишет, что человек приступает к работе с некоторыми притязаниями и ожиданиями, которые в течение действия могут меняться. Совокупность этих сдвигающихся то неопределенных, то точных ожиданий, целей или притязаний относительно своих будущих достижений Ф. Хоппе предложил называть уровнем притязаний. Судя по обстоятельствам, уровень притязаний может колебаться между целью «извлечь из действия максимум достижений» и полным отказом от какого‑либо достижения (Хоппе, 1930). Уровень притязаний рождается, как об этом говорил Хоппе, из двух противоположных тенденций: с одной стороны, тенденции поддержать свое «я», свою самооценку максимально высоко, а с другой стороны—тенденции умерить свои притязания, чтобы избегнуть неудачи и тем самым не нанести урон самооценке. Образующиеся в результате конфликта двух тенденций колеблющиеся психологические волны уровня притязаний выполняют по крайней мере две важнейшие психологические функции. Во–первых, они регулируют конкретную тактику целеполагания, являясь необходимым инструментом приспособления к меняющимся условиям среды. Во–вторых, они по возможности охраняют человека от нанесения вреда его самооценке, чувству собственного достоинства. Подробнее мы рассмотрим эти функции ниже.

Важно заметить, что только в результате борьбы, конфликта двух названных тенденций возникает определенный, свойственный данному человеку уровень притязаний, с присущими ему переживаниями успеха и неуспеха, но не наоборот — будто из самих по себе переживаний успеха и неудачи непосредственно рождается уровень притязаний. Поэтому, в частности, выраженные аффективные реакции на успех и неуспех, которые столь часто констатируют, например, при психопатиях, не должны быть главными объектами психологического рассмотрения. Надо попытаться проанализировать более глубокие, основные составляющие притязательных механизмов.

Обозначенный конфликт между тенденциями «поднять» притязания на максимальную высоту и .«опустить» нх, чтобы избежать неудачи, хотя и является главным для возникновения уровня притязаний, однако еще не прямо задает «рисунка» конкретных притязаний. Этот рисунок опосредован по сути всей сложной структурой личности, всей совокупностью, иерархией мотивов и целей данного человека. Нельзя думать, что уровень притязаний, который мы констатировали на основании результатов лабораторного эксперимента или клинического наблюдения, сформировался непосредственно в ходе данного опыта или в рамках наблюдаемой нами ситуации. Здесь, как правило, выявляется привычная, уже так или иначе сложившаяся тактика целеполагания, выработанная предшествующей жизнью человека. Изменения уровня притязаний, подчеркивал Ф. Хоппе, становятся полностью понятными только тогда, когда мы обращаемся к крупным личностным целям, к целям, которые далеко выходят за пределы выполнения отдельных заданий (Хоппе, 1930).

Но если отвлечься от наиболее общих, «вершинных» личностных устремлений, роли которых мы еще коснемся, и рассмотреть цели, возникающие при выполнении отдельных заданий, в ходе экспериментального (или поставленного самой жизнью) испытания, то и здесь необходимо различать не один, а по крайней мере два вида целей: реальную цель — ту, которую, по мнению человека, он может, по всей вероятности, достичь в данных конкретных условиях, которая непосредственно вытекает из структуры задания, и идеальную цель. Последняя понимается Ф. Хоппе как широкая, всеохватывающая цель, превышающая временные, реальные цели; это цель, которую в идеале хотел бы достичь испытуемый в предлагаемой работе, которая, хотя сию минуту может не являться актуальной, но всё же стоит «за» соответствующей отдельной цельью. (Хоппе, 1930).