Очерки по психологии аномального развития личности

Больная С. (диагноз — шизофрения с вялым непрерывным течением). Классифицируя предметы, отказывается отнести ласточку в группу «животный мир», объясняя: «Она ведет совершенно другой образ жизни, ей свойственны и другие условия, ее приучить нельзя, она размножается по–другому, в воздухе может парить».

Э.: Но ведь она живое существо?

С.: Ну пусть тогда пойдет в животный мир, если вы так хотите, но я хотела бы иначе.

Больная В. (диагноз — хронический алкоголизм II степени). При укрупнении групп на III этапе «классификация предметов» объединяет моряка, пароход, двух рыб и лебедя в группу «море».

Э.: Проверьте, правильно объединили?

В.: Сейчас посмотрю, вы хоть говорите, когда неправильно (при этом беззаботно хохочет). Голубь летает и даже много, но он отдельно.

Э.: Какой голубь? Мы ведь говорим о том, почему вы отнесли лебедя в группу «море».

В.: Голубь, лебедь… все равно. Лебедь отдельно, он между небом и землей летает.

Э.: Будьте внимательны, не допускайте ошибок.

В.: Хорошо (и сразу образует группу «в небесах», куда относит самолет к ласточку).

Э.: Вы же самолет отнесли к транспорту!

В.: Да. Но я передумала, пусть будет с ласточкой.

Больная М. (диагноз — органическое поражение головного мозга с психическими расстройствами). Классифицирует предметы, объединяет дерево, метлу, куст, потому что «метлу из березы делают».

Э.: Именно поэтому вы и объединили эти карточки?

М.: (подумав)… нет, метла отдельно, а деревья будут вместе. Метлу лучше с лопатой, это инструмент для уборки.

Мы привели только три примера разных оценок больными своих ошибок, показывающих разнообразные формы критичности: некоторые больные сами исправляли свои решения; другие — только после наводящих вопросов экспериментатора; третьи — отстаивали свою правоту, но после беседы с экспериментатором все же исправляли допущенные ими ошибки; часть же больных спорила, не соглашалась с предложениями экспериментатора или вынужденно «уступала», но не обнаруживала истинной критичности.

Таким образом, выступившая градация оценки больными допущенных ошибок при выполнении задания могла расцениваться как индикатор сохранности критичности.

В этой связи возникает вопрос о том, имеется ли зависимость между нарушением контроля и типом ошибок. Представлялось интересным проследить, какие именно ошибки допускают больные в своей работе, какие из них поддаются коррекции экспериментатора и какие ошибки остаются некоррегируемыми.