Очерки по психологии бессознательного

Здесь возникает вопрос: каково происхождение той новой идеи, которая навязала себя сознанию, подобно стихии, которая смогла настолько его захватить, что полностью отвлекла его от всех многообразных впечатлений первого путешествия по тропикам? На эти вопросы ответить вовсе не легко. Но если мы применим к этому случаю нашу теорию, то объяснение может быть следующим: идея энергии и ее сохранения должна быть изначальным образом, дремлющим в коллективном бессознательном. Этот вывод требует, естественно, доказательства, что такого рода изначальный образ действительно существовал в ментальной истории человечества и был действенным на протяжении тысячелетий. Подобное доказательство совсем не трудно привести: древние религии в самых различных уголках Земли базируются на этом образе. Это – так называемые динамистические религии, единственная и определяющая мысль которых заключается в том, что повсюду существует разлитая магическая сила[52], вокруг которой вращается все. Тэйлор, известный английский исследователь, а также Фрэзер неверно воспринимали эту идею как анимизм. В действительности же первобытные люди со своим понятием силы вовсе не имели в виду души или духов, а подразумевали нечто, что американский исследователь Лавджой[53] весьма метко обозначил как «первобытная энергетика». Это понятие соответствует идее души, духа, Бога, здоровья, телесной силы, плодородия, магии, влияния, власти, авторитета, медицины, а также идее известных чувственных состояний, характеризующихся аффектами. Для некоторых полинезийцев мулунгу именно это первобытное понятие силы-энергии означает: дух, душа, демонизм, магия, авторитет; и когда происходит что-либо необычное, то люди кричат: «Мулунгу!» Это понятие силы является также самой ранней формой образа Бога у первобытных людей. На протяжении истории этот образ получал развитие во все новых и новых вариациях. В Ветхом Завете магическая сила высвечивается в пылающем терновом кусте и в лице Моисея; в Евангелиях – в образе Святого Духа в виде исходящих с неба огненных языков. У Гераклита она выступает как мировая энергия, как «вечно живущий огонь»; у персов это огненный блеск «хаомы», божественной благодати; у стоиков – изначальное тепло, сила судьбы. В средневековой легенде она выступает как аура или halo, ореол святости, и в виде пламени вырывается из-под крыши шатра, где в экстазе лежит святой. Святые, галлюцинируя, воспринимают эту силу как Солнце, полноту света. В соответствии с древним воззрением сама душа есть эта сила; в идее бессмертия души заключено представление о ее сохранении, а в буддийском и первобытном представлении о метемпсихозе заключено видение ее неограниченной способности к превращениям при неизменном сохранении.