Одна нация, разные миры. Мое путешествие по Северной и Южной Кореям

В теории для иностранцев в КНДР есть свобода слова, и если русский турист захочет поделиться своими умозаключениями насчет разницы жизни в КНДР и в России на какой-нибудь встрече с пхеньянскими студентами, то специально рот ему затыкать не будут. Я, например, на подобной встрече рассказывал о своей поездке в США и говорил об этой стране отнюдь не в негативном ключе, а скорее в нейтрально-позитивном. Короче говоря, логично предположить, что чем больше иностранных гостей посещает страну, тем более открытой миру она становится.

Представители турфирмы в Москве, организовавшие мою поездку в Северную Корею, рассказали мне о своем опыте на форуме турагентов, которые специализируются на поездках в Азию. Они встретили представителей южнокорейского направления, россиян с контактами в Южной Корее, и попытались с ними пообщаться, но те отвернулись и назвали их пособниками террористов, или убийц, или тоталитаризма, и быстро ушли.

Я как-то выложил в одной социальной сети видеоролик с центральной площади Пхеньяна имени Ким Ир Сена. В нем я не хвалил и не ругал Северную Корею. Там был вид на город и надпись: «Пхеньян – столица Северной Кореи». Уже через час в мой адрес поступили гневные сообщения, оскорбления и даже проклятия. Мне желали, чтобы мои потомки жили в таких же условиях, спрашивали, почему я не перееду в Северную Корею, если она мне так нравится, и говорили, что мне самое место в тюрьме или концлагере, и все в таком духе. Я посмеялся от души!

В общем, не любят в мире Северную Корею. Однако в какой-то степени сами Кимы поспособствовали созданию этого образа. По сути, изоляция Северной Кореи была в значительной степени добровольной.

Думаю, хоть какую-то правду о Северной Корее могут сказать лишь специалисты – журналисты, ученые, историки, может быть, даже спецагенты, если у них уже есть возможность говорить о своей работе. В общем, все те, у кого налажена связь с северокорейской стороной, причем с представителями высшего руководства. Туристы вроде меня могут лишь слегка приоткрыть завесу тайны этого государства: описать то, что они увидели, и интерпретировать увиденное и услышанное от гидов так, как им самим захочется.

Во многом это зависит от их первоначальных стереотипов о Северной Корее, сложившихся еще до посещения страны. Как правило, эти стереотипы довольно негативны. И без того мрачный образ КНДР становится еще более неприглядным и суровым с каждым годом. За всю свою жизнь я слышал положительные отзывы о Северной Корее только в самой Северной Корее. Даже объективно привлекательные преимущества этой страны, такие как живописная природа и высокий уровень образования, либо замалчиваются, либо нивелируются на фоне других ужасающих подробностей о жизни там.

Еще и перебежчики нагоняют страха – люди, бегущие из Северной Кореи в Южную, Китай, Россию и прочие страны. Они стараются как можно сильнее очернить родину. Им и правда приходилось там несладко, и из-за пережитого опыта они что-то преувеличивают, а некоторые детали додумывают, причем не всегда осознанно. Их можно понять, но подобную информацию лучше проверять и не относиться к ней как к истине в последней инстанции.

Конечно, я не хотел бы жить в Северной Корее.

Даже основываясь на своем личном опыте, не говоря уже о множестве прочитанных статей и просмотренных фильмов об этой стране, в которых Северную Корею в основном в той или иной степени описывают как ад на земле, я полагаю, что реальность не настолько ужасна, хотя многие правдивые стереотипы о Северной Корее подтвердились, тем более что их можно было наблюдать воочию, несмотря на старания местных гидов показать нам сказочное место на земле.

В первые часы после того, как я покинул эту страну, еще сильнее ощутил, что Северная Корея – несвободная и закрытая страна. Выйдя на прогулку по улицам Владивостока, я почувствовал огромный контраст на фоне Пхеньяна. По улицам ходят толпы людей разных национальностей в разнообразной одежде, повсюду яркие рекламные вывески, кафе, рестораны и отели. Чувствовалась полная свобода на фоне пустынной и строгой северокорейской столицы. А ведь население Владивостока примерно в пять раз меньше населения Пхеньяна, и этот город даже не столица! Наверное, подобные ощущения испытывали при поездках за границу редкие советские граждане, особенно те, кому выпал шанс отправиться, например, в США в самые суровые советские годы. Примерно такое сравнение мне пришло в голову, когда я увидел два города в один день – Пхеньян и Владивосток.

Что же касается репутации Южной Кореи, то она практически кристально чистая. О Корейской войне первой половины 1950-х годов широким массам мало что известно, особенно касательно военных преступлений, агрессии и убийств местного населения с обеих сторон конфликта. В других крупных мировых военных кампаниях Южная Корея замешана не была. Государство считается свободным и экономически развитым.