Охранные структуры Российской империи

2. Сельская агентура — сотрудники из числа членов мелких вспомогательных ячеек, а также вспомогательные агенты из более осведомленных непартийных крестьян. «Лучшим элементом для этой категории являлись содержатели чайных, хозяева и прислуга постоялых дворов, владельцы мелочных лавок, сельские и волостные писари, не имеющие наделов и работы, а потому проводящих все время в трактирах и чайных»;

3. Университетская агентура — рекомендовалось «иметь в виду использование членов академических союзов, идейно стремящихся прекратить смуту и охотно дающих сведения, даже безвозмездно»;

4. Железнодорожная, фабричная, профессиональная, просветительская и пограничная агентура;

5. «Изобретательская» агентура — «имея в виду возможность использования воздушных полетов и других новых изобретений, розыскные управления обязаны иметь сотрудников в тех частных обществах и студенческих кружках, которые занимаются авиацией, подводным плаванием как спортом или промыслом»;

6. «Редакционная агентура» — для внутреннего «освещения» редакций оппозиционных газет;

7. «Оппозиционная агентура» — для «освещения лиц, настроенных критически, а часто и враждебно к правительству. Ее приобретение тем легче, что оно зиждется на хороших отношениях и осведомление совершается часто безденежно»1.

После уже упоминавшегося покушения В.Д. Каракозова на Александра II создается «охранительная полиция», которая по инструкции «пребывает постоянно там, где изволит присутствовать государь император или члены императорской фамилии». Так, «в садах, где августейшие особы изволят прогуливаться», стражники обязаны заблаговременно осматривать «аллеи и места, по которым обыкновенно прогулка бывает», и «обращать внимание на то, не скрывается ли кто-нибудь в клумбах, кустах или за деревьями и постройками». «При отсутствии публики» полагалось «держаться на значительном расстоянии, дабы не обращать на себя внимания», а в случае «появления публики» необходимо задержать лиц, которые, «пробираясь сквозь толпу, стараются приблизиться к высочайшим особам с подозрительными намерениями», а также «лиц, заметно переодетых в платье крестьянское или другое, несообразное с их наружностью и, очевидно, одетое с какой-нибудь предубедительной целью».

Все чины стражи имели удостоверения, в которых указывалось, что его предъявитель выполняет особые задачи. Свои обязанности они должны исполнять в «статском платье», и лишь в особых случаях незначительная часть военных стражников может быть «наряжена в форменную одежду». Кроме того, «не отличаясь форменным костюмом, чины стражи для достижения цели должны держать себя так, чтобы на них не было обращено внимание общества». Они нигде и никому не объявляют своего звания и не объясняют своих обязанностей. «Когда им необходимо содействие наружной полиции, они предъявляют только свои особые билеты, которые отнюдь не передают никому под страхом самой строгой ответственности».

На охранную стражу возлагалось и ведение наружного наблюдения за местом пребывания императора для обеспечения его «безопасности и спокойствия».

Характер работы в охранном отделении, особенно для нижних чинов, был беспокойный и изнурительный, так как служба проходила без праздников и выходных, днем и ночью, при любой погоде, круглый год.

К стражникам предъявлялись строгие требования: «холостые, православные, крепкого телосложения и хорошего здоровья», «благообразной наружности», не говоря уже о «совершенной благонадежности»1.

П. А. Кропоткин в своих «Записках революционера» описывает систему охраны дворца Павла I в Гатчине, куда Александр III переехал, отказавшись поселиться в Зимнем дворце. «Я знаю это старинное здание, планированное как вобановская крепость, окруженное рвами и защищенное сторожевыми башнями, откуда потайные лестницы ведут в царский кабинет. Я видел люк в кабинете, через который можно бросить неожиданно врага в воду — на острые камни внизу, а затем тайные лестницы, спускающиеся в подземные тюрьмы и в подземный проход, ведущий к озеру. Все дворцы Павла I построены по такому же плану. Тем временем подземная галерея, снабженная автоматическими электрическими приборами, чтобы революционеры не смогли подобраться, рылась вокруг Аничкова дворца, где Александр III жил до восшествия на престол.

Для охраны царя была основана тайная лига. Офицеров различных чинов соблазняли тройным жалованьем поступать в эту лигу и исполнять в ней добровольную роль шпионов, следящих за различными классами общества. Бывали, конечно, комические эпизоды. Два офицера, например, не зная, что они оба принадлежат к одной и той же лиге, вовлекли друг друга в вагоне в революционную беседу, затем арестовали друг друга и, к обоюдному разочарованию, убеждались, что потратили напрасно время. Эта лига существует до сих пор (1898 год) в более официальном виде под названием „охраны“ и время от времени пугает царя всякими сочиненными ужасами, чтобы поддержать свое собственное существование»1.