Охранные структуры Российской империи

Кандидатов на эти должности всегда было достаточно: заработная плата жандарма была значительно выше, чем у простого военного. От офицера, почувствовавшего призвание к жандармской службе, требовалось письменно изложить свои политические и общественные убеждения, подлежали выяснению причины, побудившие сделаться жандармом; наконец, надо было выдержать практический экзамен. „В ожидании экзаменаторов мы перешептывались о них. Оказалось, что экзаменационная комиссия состояла из старших адъютантов штаба корпуса при участии представителя Департамента полиции, тайного советника Янкулио. Этот худощавый старик, напоминавший наружностью Победоносцева (профессор гражданского права в Московском университете, член Государственного совета, обер-прокурор Синода), внушал нам особый страх, но почему, мы сами не знали.

В первый день держали устный экзамен. Меня спросили, читал ли я фельетон „Нового времени“ о брошюре Льва Тихомирова: „Конституционалисты в эпоху 1881 года“ и что я могу сказать по этому поводу. Вещь мне была известна, и мой ответ удовлетворил комиссию. Предложив мне перечислить реформы Александра II и предложив ещё несколько вопросов по истории и администрации и выслушав ответы, председатель комиссии объявил, что устный экзамен мною выдержан и что мне надлежит явиться на следующий день держать письменный…

На письменном экзамене мне попалась тема: „Влияние реформы всесословной воинской повинности на развитие грамотности в народе…“.

Экзамен я выдержал. Меня внесли в кандидатский список, и я должен был ждать вызова для слушания лекций“1.

Чтобы выяснить наблюдательность и кругозор кандидата, экзамен содержал и такие вопросы: „Играете ли вы в карты?“ — спрашивал экзаменатор. „Да, играю“, — следует ответ. „Так расскажите мне все, что знаете насчет бубнового туза“. — „Он красный на белом поле, на обороте имеет такой-то крап и т. п.“ — „А что вы ещё можете о нем сказать?“ Офицер утверждает, что сказал решительно все. „Очень жаль, — говорит „профессор“. — Вы не годитесь в жандармы: вы не заметили, что на обороте написано: „Карточный сбор идет в пользу благотворительных учреждений“, жандарм не мог бы этого не заметить“2.

Именно жандармы являлись главным инструментом политического сыска до образования Третьего отделения. Позже корпус жандармов правительство придало Третьему отделению в качестве исполнительного органа. В его задачи входили аресты, обыски, следствие, содержание под стражей. Сыск же осуществляло Третье отделение. В исторической литературе часты ошибки из-за того, что, как правило, все охранные отделения укомплектовывались из жандармских офицеров, поэтому политический сыск осуществляли жандармские офицеры, служащие в составе охранных отделений. Кроме того, почти на всем протяжении истории раздельного существования полицейского аппарата и корпуса жандармов их объединяло общее начало — должности начальника полиции и шефа жандармов, как правило, находились в руках одного человека.

Жандармские чины были обязаны немедленно сообщать лицам местного прокурорского надзора и полиции „о всяком, замеченном ими происшествии, заключавшем в себе признаки государственного преступления“, до прибытия полиции принимать все меры для того, чтобы предупредить уничтожение следов преступления и пресечь подозреваемому уклоняться от следствия». Они же производили дознание, в ходе которого вели розыск, расспросы и негласное наблюдение, осмотры, освидетельствования, обыски (с опечатыванием бумаг) и выемки. Позже полицейские функции все больше вменялись этим изначально военным подразделениям и они превратились в исполнительные органы Третьего отделения (и последующих наименований) полиции. В 1871 году впервые законом корпусу жандармов было предоставлено право задерживать как политических, так и «гражданских» преступников. А после ликвидации «хождения в народ», чья деятельность относилась к категории организованных политических преступлений, жандармы обязаны были, предупреждая заговоры, выявлять и раскрывать тайные общества и кружки, которые, по мнению министра юстиции Палена, политизируют народ и в которых вынашиваются планы убийства императора. Таким образом, корпус жандармов впервые получил право вести самостоятельную агентурную деятельность.

С 1907 году агентурный процесс в корпусе жандармов регламентируется документом, именуемым как «Инструкция по организации и ведению внутреннего наблюдения в жандармских и розыскных учреждениях». Она являлась абсолютно секретным документом, подлежащим хранению только у начальника отдельной части. Снятие копий с неё категорически запрещалось. С офицерским составом она изучалась только в устном собеседовании с опорой на положительные и отрицательные примеры из собственной практики. Эта Инструкция классифицировала агентуру по следующим категориям:

1. Тюремная агентура — из числа содержащихся под стражей, «кои при полезности работы могут быть представлены к сокращению сроков»;