Олег Рязанский против Мамая. Дорога на Куликово поле

В эти душные августовские дни, наполненные громовыми раскатами, в окружении Олега все громче звучали голоса самых отчаянных и смелых его дружинников, которые настойчиво предлагали ему выступить на соединение с Дмитрием.

— Ведь все князья собрались под стягом Дмитрия, все они скопом выступили на Мамая, позабыв прошлые обиды, — молвил Олегу гридень Тихомил. — Неужто рязанцы останутся в стороне, не примут участия в сече, где, возможно, будет переломлен хребет ордынскому зверю! По-моему, княже, рязанцы должны находиться в первых рядах сей общерусской рати, поскольку на их долю выпало больше бед от ордынских набегов.

— Не все князья поддержали Дмитрия, — возразил Олег Тихомилу. — Тверской князь остался дома. Кашинский князь тоже не выступил в поход на Орду. Суздальский князь, Дмитриев тесть, также уклонился от этого похода. Видать, не верит Дмитрий Константинович в победу над Мамаем. Остался в стороне и брат его Борис Константинович…

— Ну и леший с ними! — воскликнул Тихомил. — От сих малодушных князей все едино мало проку будет в кровавой сече. Решайся, князь! Великая битва грядет, Русь и Орда грудь в грудь сойдутся! Нельзя рязанцам отсиживаться в стороне от сего события! Кровь наших князей и ратников, павших в сечах с татарами в былые годы, взывает к отмщению!

Собрав всех добровольцев, рвущихся в битву с татарами, Олег прибыл вместе с ними в Пронск. Зная, что зять его также изнывает от желания скрестить меч с ордынцами, Олег позволил ему исполчить прончан в поход на Мамая.

— Лети соколом, Владимир, на соединение с Дмитрием, — напутствовал зятя Олег. — Веди своих прончан и моих рязанцев против нехристей. Я с тобой пойти не могу, ибо поведу свои полки навстречу Ягайле, дабы литовцы не ударили Дмитрию в спину. По слухам, Ягайло все-таки выступил в поход и дошел уже до Смоленска.

Прощаясь с Тихомилом, Олег повелел ему без промедления прислать к нему вестника независимо от того, чем завершится битва с Мамаем. При худшем исходе Олег хотел успеть принять меры для обороны Рязани от неизбежного набега Мамаевой орды.

В первых числах сентября общерусская рать во главе с Дмитрием достигла берегов Дона, спустившись вниз по его течению до речки Непрядвы, впадающей в Дон. Здесь Дмитрий и его воеводы решили встретить Мамая, конные тумены которого надвигались с юга, запрудив полстепи.

Повел свое войско к Дону и Олег, понимая, что и Ягайло в скором времени достигнет донских степей. Уже выступив из Рязани, Олег неожиданно наткнулся на Мамаева гонца, который вез ему письмо. В своем послании Мамай повелевал Олегу спешно двигаться на соединение с ним, указав точный путь движения ордынского войска. Также Мамай сетовал на то, что от Акбуги давно нет никаких известий. Мамай обещал наказать Акбугу за нерадивое исполнение возложенных на него обязанностей.

Не слезая с седла, Олег прочитал письмо Мамая, затем тут же написал ответное послание, куда вставил стих Омара Хайяма и больше ничего. Стихотворные строки гласили:

Разрушь хоть три царства вблизи и вдали, Пусть кровью зальются в дыму и в пыли, — Не станешь, великий владыка, бессмертным: Удел невелик — три аршина земли.

Вручив татарскому всаднику свое письмо, свернутое в трубку, Олег также велел ему сообщить Мамаю, что рязанское войско уже выступило.

Достигнув Дона, Олег разбил стан возле Коняхинских бродов.

Через два дня лазутчики Олега обнаружили литовское войско, которое заняло городок Одоев всего в одном переходе от Дона. Под стягами Ягайло находилось около двадцати тысяч воинов. У Олега имелось всего семь тысяч ратников.

Олег понимал, что в открытом сражении ему не победить Ягайлу. Поэтому Олег намеревался подстеречь литовское войско на марше, уповая на внезапный удар своих полков из засады. Однако Ягайло почему-то не торопился покидать Одоев, хотя Мамаевы полчища и рать московского князя со дня на день должны были сойтись лицом к лицу.

«Почто Ягайло медлит? — недоумевал Олег. — Почто он остановился, хотя поначалу продвигался стремительными переходами?»

Пентег, неожиданно появившийся в рязанском лагере, разъяснил Олегу странное поведение Ягайлы. Оказывается, боярин Троил и Пентег, отправленные Олегом в Вильно, разминулись с Ягайлой. Олеговы посланцы не застали Ягайло в Вильно, поскольку литовский князь к тому времени уже выступил в поход. Войско Ягайлы двигалось так быстро и с такими короткими остановками, что Троилу и Пентегу удалось настичь литовцев только в Одоеве. Троил вручил Ягайле письмо Олега. Пентег же побеседовал с Ягайлой с глазу на глаз, наговорив ему про Мамаевы козни, вымышленные и явные.