Ольга. Наследие богов

В машине на меня накатывает усталость. Чем ближе мы подъезжаем к дому, тем сильнее желание сомкнуть веки, но я борюсь с ним из последних сил. Выгружать моё тело из автомобиля и оттаскивать в спальню, не входит в обязанности Валеры.

Наконец я сдаюсь, закрывая глаза. Под веками весело пляшут фиолетовые огоньки, и мы с Вилем зажигательно танцуем на радость бессчётного числа людей с воплями, криками и смехом, наблюдающих за нами. Неожиданно из калейдоскопа лиц я выхватываю одно, смутно знакомое. Вспомнить, где я видела этого человека, помогает тёмный костюм-тройка. И улыбка. Точно такая же, как в тот день, когда он стоял на газоне под палящими лучами майского солнца, от которых плавился асфальт… и мозг.

Я широко раскрываю глаза. Усталость улетучивается мгновенно. Всё тело гудит от желания действовать. Хочется убежать и спрятаться.

Странная реакция! Ну, подумаешь, встретила человека, похожего на незнакомца из прошлого. Что криминального в одинаковых улыбках? Или в странной манере держаться? Вот только желание спасаться бегством не проходит, разум отказывается подчиняться доводам рассудка.

— Ольга Николаевна, с вами всё в порядке?

Валера наблюдает за мной в зеркало заднего вида. Я киваю и пытаюсь расслабить лицевые мышцы. Если перестану хмуриться, возможно, охранник поверит.

ГЛАВА 6

Несмотря на то, что легла я поздно — или рано, это как посмотреть, — в восемь часов организм заявляет о том, что нескольких часов отдыха ему достаточно. Не люблю с ним спорить — ему виднее. Пару минут ещё валяюсь в постели, но потом решительно встаю!

Готовить не охота, поэтому на завтрак у меня мюсли с орехами, чай и бутерброд из того, что послал холодильник. Сегодня он радует сыром, помидором и кусочком ветчины. Захлопнув дверцу, пишу на магнитном блоке, прикреплённом к ней, небольшой список из названий продуктов, которые хотелось бы видеть на полках холодильника. И делаю пометку в телефоне: не забыть съездить в продуктовый магазин.

Едва успеваю допить чай, как звонит телефон. На дисплее отображается радостная мордашка Милы. Странно!

Включаю громкую связь, чтобы освободить руки и заняться посудой.

— Привет! — вопит она.

— Привет. Ты чего такая весёлая? У тебя же депрессия.

— Я вычитала парочку способов, как с ней бороться! — продолжает подруга тем же ликующим голосом.

— Что за способы? — я проявляю настороженность. Мне не очень-то нравится такой резкий переход от чёрной меланхолии к безудержному веселью. Даже немного страшно.

— Не бойся! — смеётся Мила, поняв причину моего скепсиса. — Ничего безумного и криминального! Просто нужно развеяться.

— Отлично! — ворчу в ответ. — Когда я тебе это предлагала, ты идею отвергла, как несостоятельную, а когда ты вычитала её в каком-то тупом журнале или на таком же сайте, то её непременно надо опробовать!

— И ничего не тупой журнал! — возражает подруга, но не обиженно, а чисто из упрямства. — Может, я не была морально готова к такому решению, когда услышала это предложение от тебя.

— Угу. Ну, теперь ты морально готова. И что нас ждёт?

— Да! Теперь я готова на все сто, и приглашаю тебя в музей! — торжественно заявляет она.

Я давлюсь воздухом.

— Ку-куда ты меня приглашаешь?

По мне, пребывание Милы в музее столь же уместно, как… я даже вариантов подобрать не могу!

— И что это за вопрос с намёком? — девушка пытается говорить сурово, но я ей не верю!

— Нормальный вопрос. Можно сказать без намёка. Мне просто сложно представить какую выставку ты меня потащишь. Предупреждаю, если это шедевры ярых феминисток в защиту себя и своего движения или что-то в этом роде, то на меня можешь не рассчитывать!

— Успокойся! — фыркает Мила. — Мне от знакомой достались два приглашения на открытие какой-то экспозиции, посвящённой археологическим находкам. В общем, кто-то что-то раскопал, и теперь жаждет предъявить это миру.

— Здорово, — комментирую сухим тоном. — И ты хочешь развеяться на этом мероприятии?

Мила хихикает.

— По-моему, это будет забавно. Типа новый опыт, и всё такое.

— Угу, — отвечаю кратко.

— Слушай! Ты вообще художник или как? Что я тебя уговариваю? Это ты должна меня таскать по таким местам и восторгаться экспонатами, прививая мне культуру и вкус.

— Несколько поправок! Во-первых, я — дизайнер. Во-вторых, всегда трезво оцениваю свои силы и не берусь за нереальные проекты.

На несколько секунд в разговоре повисает пауза, а после неё следует взрыв хохота.

— Я шутку оценила, — всхлипывает Мила, — и в наказание заеду за тобой в шесть. Сегодня вечером мы вместе будем восхищаться прекрасным!

На этом подруга разрывает связь. Смотрю на темнеющий монитор. Отлично! Я хотела сегодня наведаться в клуб, но после общения с «прекрасным» и с Милой, врубившей режим гиперактивности, к девяти часам единственным моим желанием будет добраться до кровати!

* * *

— А тут ничего так! — заявляет Мила спустя пять минут после прихода в музей. — И экспонаты прикольные.

— Угу, прикольные, — делаю глоток из фужера и морщусь. Нет, шампанское выше всяких похвал, а вот безделушки, выставленные на всеобщее обозрение под бронированным стеклом, вызывают большие сомнения.