Ольга. Наследие богов

Да, вот в такой дурдом превратилась моя жизнь за год. Когда Васька спустя два месяца после свадьбы, с тревогой вглядываясь в моё лицо, спрашивал, как у меня дела, я на автомате ответила «Ок». И только оказавшись вечером дома, где меня ждала корзина фиолетовых гортензий и записка от Влада, я поняла, что всё на самом деле «Ок». Да, в коротеньком послании молодой супруг просил не ждать его к ужину и к ночи, но зато купил букетище цветов, которые я хотела нарисовать уже давно и очень сильно, что даже как-то обмолвилась о своём желании за завтраком.

Влад научился слушать меня. Обычно он ничего не говорил, просто доставал телефон и топтался по сенсорному экрану. Первое время меня это жутко выводило из себя, но когда я заметила, что все мои «хочу» постепенно воплощаются в жизнь, то сообразила: парень делает заметки в приложении, чтобы не забыть или не перепутать.

Ещё он никогда не спрашивал, почему я согласилась на брак с ним. А я только радовалась этому факту. Алла как-то упомянула о том, что Влад не знает о своём даре, и вообще, не стоит его грузить проблемой с безымянными. Фее-крёстной казалось, что он вполне доволен переменами в жизни, а раз делает то, что от него требуется, то вообще молодец! Я не спорила. И, естественно, не признавалась, что наш брак до сих пор заключён лишь на бумаге. Меня это не волновало. По крайней мере, большую часть времени.

Ощущение катастрофы, накатившее в день свадьбы, пропало поутру. Может, я слишком сильно переживала из-за того, что Влад попробует заявить на меня права, а может, свою роль сыграл фактор времени. Вполне вероятно, предостережения Аллы засели в подсознании, и я больше переживала не о приближающейся свадьбе, а о том, что она не состоится. Ведь по истечении трёх недель мне должно было исполниться двадцать три, и я могла остаться без защиты.

Как бы то ни было, паника отступила. Лишь изредка я чувствовала её отголоски. Случалось это тогда, когда Влад уезжал на несколько дней. Обычно на выходные. Изредка он проводил их с Кристиной, тогда я видела мужа за завтраком в пятницу, а в следующий раз уже за ужином в понедельник. Естественно, никаких претензий я не предъявляла!

Постепенно я научилась бороться с такими приступами страха. Помогли мне в этом ночные клубы, и чем многолюднее в них было, тем лучше. Попадая в толпу людей, чья энергетика бьёт ключом, я будто растворялась в ней, становясь невидимой для охотников.

Опробовав метод впервые, я порадовалась, что он действует, но возникло желание узнать: это самовнушение, или интуиция сработала. Кто бы знал, с какой тщательностью я составляла вопросы, которые потом озвучила Алле! Но результат стоил умственный усилий. Странная идея оказалась не безумной попыткой сбежать от собственных чувств, а имела под собой реальные основания! Поэтому теперь, когда Влад собирался уезжать к Кристине, я отменяла планы на вечер и отправлялась в какое-нибудь заведение повеселее.

Вот такая у меня получалась семейная жизнь!

* * *

Владу дважды повторять не надо, если дело касается возможности смотаться из дома и провести время с Кристиной. Именно так он и поступает ближе к вечеру: посоветовав вести себя прилично, оставляет на попечение Валеры, а сам садится за руль своего купе и уносится в другой конец города.

В самом начале «семейной жизни» я думала, Валера будет рассказывать Анатолию Аркадьевичу обо всём, что происходит между мной и Владом, но свёкр еще ни разу не звонил с претензиями, значит, телохранитель молчит. Меня это удивляет, Влада — нет. Ну, у него и опыта общения с этим странным мужчиной больше! По словам мужа, отец сосватал ему Валеру лет семь назад, и за всё это время он звонил вышестоящему руководству всего два раза, да и то по просьбе самого Влада.

Сохранность нашего с супругом секрета не единственное, что меня смущает. Есть еще один момент. Валера — мужчина подтянутый, выглядит моложаво, но предполагаю, ему лет пятьдесят. Каждый раз, когда я обращаюсь к нему, испытываю жуткое неудобство. Он меня величает Ольгой Николаевной, а я вынуждена выкать, лишь бы по имени не называть! Как-то раз попыталась выведать у мужчины отчество, но он с завидным упорством повторял одно и то же: «Мне будет удобнее, если вы по-прежнему будете обращаться ко мне по имени». Но почему Валера, а не Валерий хотя бы? У меня уже сомнения возникли в том, что это вообще имя, а не кличка или позывной какой-нибудь. Не с улицы же Анатолий Аркадьевич взял этого человека на ответственную должность охранника для сына!

Несмотря на эту странность, в остальном Валера меня полностью устраивает! Не треплет языком о том, что видит, не смотрит как на неразумное дитя, что бы я ни делала, помощь предлагает только тогда, когда она действительно требуется. Например, сегодня.