Olvido – Забвение

– Да, да, сынок, – согласилась Тамара. – Выброси поскорее все. Прости, что я совсем ни о ком не подумала. Я не подумала, что мой поступок убьет…

– Ладно, мам, не кори себя, – остановил ее Андрей. – Знай, что ты мне нужна. Я тебя очень люблю и всегда буду защищать.

Тамара улыбнулась и, закутавшись в плед, подумала, что чуть не проговорилась о своей беременности. Сейчас был совсем неподходящий момент для такого разговора. Тамара решила, что обо всем расскажет позже. Ах, если бы она знала тогда, что Андрей исчезнет, пропадет, растворится в вечности. При мысли о сыне у нее больно сжалось все внутри.

Тамара вытерла рот салфеткой и посмотрела на Матрену, которая о чем-то беседовала с малышкой. Даша что-то ей отвечала, гукая на своем детском наречии. Тамаре стало страшно оттого, что она могла убить свою дочь, что она, вообще, посмела вести себя так глупо, пытаясь, убив себя, кому-то что-то доказать. Кому? Тамара застонала. Матрена повернулась к ней и приказала:

– Хватит рассиживаться за столом, корми ребенка скорее.

Тамара быстро поднялась и с необыкновенной нежностью прижала малышку к груди. Даша цепко ухватила сосок, и начала, причмокивая, сосать теплое молоко.

– Дашенька, Дарена моя… Ты самой счастливой будешь… Самой любимой… Солнышко мое… – шептала Тамара, наблюдая за малышкой.

– 8 —

– Ну что, поели, теперь можно и вздремнуть минут шестьсот, – потягиваясь, проговорил Андрей.

– Со сном пока повременим, – улыбнулся Саша. – Надо понять, где мы находимся. Меня просто распирает желание узнать, что это за горы.

– Братцы, а вдруг мы попали в параллельный мир? – предположил Егор.

– Ну, начинается новая сказка, – разозлился Андрей. – Я был сытым и довольным, а ты… – он махнул рукой на Егора.

– Андрюха, не сердись, я просто предположил, что мы могли попасть во временной провал, – миролюбиво продолжил Егор. – Часы же до сих пор стоят. Время остановилось, значит, мы можем быть в параллельном мире…

– Где на каждом шагу нас могут подстерегать монстры с горящими глазами и длинными предлинными руками, – изменив голос, заговорил Андрей, изображая при этом, какими должны быть эти самые монстры.

Он вытаращил глаза, растопырил пальцы и стал наступать на Егора, который, включившись в игру, присел на корточки, прикрыв голову руками. Саша от души расхохотался.

– Ах, простите, я, кажется, помешала вам, – раздался нежный голосок.

Ребята обернулись и увидели очаровательное создание с букетом васильков. Девушка склонила голову и сказала:

– Здравствуйте! Простите, что опоздала.

– Вы, должно быть, фея? – глупо улыбаясь, спросил Егор.

– Нет, я – Полина, – улыбнулась она, протягивая Егору букет васильков.

– Спасибо! – он поклонился. – Ой, какое же вам огромное спасибо, Полиночка! Эти цветы, вероятно, со сказочной поляны?

Егор задержал руку девушки в своих руках, посмотрел ей в глаза. Глаза у Полины были небесно-голубыми. Егору даже показалось, что он смотрит в небо и видит, как по нему медленно плывут причудливые облака. На белых щечках девушки вспыхнул бледно-розовый румянец. Егору почудилось, что он видит два нежных персика, которые так и просятся в рот. Он не сдержался и коснулся персиковой щечки губами.

– Это вы напрасно, – испуганно проговорили алые губки, обнажая ровный ряд белых зубов.

Полина вырвала свою руку из рук Егора и, приподняв подол длинного льняного платья, убежала куда-то так стремительно, что ребята даже не поняли, куда.

– «Ваш милый рот – сплошное целованье», – пропел Егор, глядя ей вслед. – Полина! Васильково – пшеничное поле. Васильки – глаза, волосы, перехваченные голубой лентой – золотая пшеница и маки – алый маковый рот, который весь сплошное…

– Целованье, – хором продолжили ребята, заставив Егора опомниться.

– Во дает наш тихоня, – расхохотался Андрей. – Ах, ох, вы так на поле похожи. Да и имечко у вас подходящее – Полюшка – Поля. Постойте, куда же вы, я вам тут стишки готов насочинять. Каламбурчик могу подготовить, чтобы вы не заскучали, Полиночка…

– Ладно тебе, Андрюха, – смутившись, проговорил Егор.

– Я от тебя такой прыти не ожидал, Егорыч, – хлопнул его по плечу Саша. – Мне казалось, что ты девчонок боишься, а ты хлоп, и поцелуй прилюдный. Я бы на такое не решился сразу с незнакомой барышней. Значит, недаром говорят, что в тихом омуте…

– Да, здорово ты прикидывался скромником, братец. Я даже тебя зауважал еще сильнее, после сегодняшнего поступка, – сказал Андрей, хлопнув Егора по другому плечу.

– Ребят, будет вам, – Егор попытался защититься от нападок друзей. – На меня нашло что-то. Мне показалось, что у нее не щеки, а персики. Ну, я и…

– Захотел их съесть, превратившись в монстра, – проговорил Андрей. И пошел на Егора со словами:

– Я съем тебя, съем, мой нежный персик! Я проглочу тебя со всеми твоими нежными косточками.

– Андрюшка, ну хорош дурить, – отмахнулся от него Егор.

Но Андрей не унимался. Он щелкал зубами, улюлюкал и корчил гримасы. Саша от смеха уже не мог стоять на ногах. Он схватился за живот и присел на корточки.

– Здравствуйте!

– Добрый день!