Опасные пациенты. От Йоркширского потрошителя до братьев Крэй: где лечатся и как живут самые жестокие преступники Великобритании

Пэт начал работать в Бродмуре, когда ему был 21 год, и стал сначала ассистентом медбрата. Как и многие другие старожилы Бродмура, он думал поработать тут всего лишь некоторое время, но потом постепенно влюбился в эту работу и в конце концов остался на десятилетия. «Не будет больше поколений, которые работают здесь всю жизнь», – сказал он нам. Как и в случае с Клайвом, отец Пэта работал в Бродмуре. Пэт одобряет передачу работы в этом учреждении из поколения в поколение. Мы спросили его, почему некоторые сотрудники остаются так надолго. Исторически Бродмур был локальным работодателем, в то время как многие ездили на работу в Лондон. А тут можно было работать рядом с домом – это удобно. К тому же многие сотрудники были бывшими военными, и им импонировало заведение, дававшее стабильное пристанище и обеспечивающее строгий порядок, «место, где можно было найти форму и дом».

«У МЕНЯ САМАЯ СКУЧНАЯ КАРЬЕРА ИЗ ВСЕХ, С КЕМ ВЫ БУДЕТЕ ГОВОРИТЬ». ОДНАКО БРОДМУРСКИЙ МЕДБРАТ – ЭТО ВАЖНЕЙШАЯ РАБОТА, КОТОРАЯ ПРОСТО СКРЫТА ЗА «10-МЕТРОВОЙ СТЕНОЙ».

Пэт, как и все остальные, был поражен странной эксцентричностью тогдашнего Бродмура. Когда он начинал в 1982 году, там была «почти военная форма, все было строго регламентировано». Как мы уже говорили, сейчас нет никакой формы. Тем не менее есть некоторые константы, которые он стремился подчеркнуть: «Тут никогда не было смирительных рубашек, никогда не было мягких камер». Такая информация нас очень удивила: в очередной раз многочисленные мифы не совпадали с реальностью.

По мнению Пэта, суть сестринского дела заключается в правильном истолковании ситуации, и у него есть отличная фраза, чтобы описать ее: «Тут нужно шестое чувство – то, что просто нутром чувствуешь!»

Он настолько настроен на заботу о пациентах, что немедленно замечает малейшие изменения в их поведении. Но так было не всегда. В первое время он паниковал и бежал к медсестрам по каждому поводу, и они на нервах «почти всегда курили самокрутки».

Пэт особенно отметил тот факт, что «если поместить человека за 10-метровую стену, это изменит его поведение. Пациенты не отличаются от нас». Больные становятся неуравновешенными, дезориентированными, непредсказуемыми. По этой и другим веским причинам каждая передача смены – довольно сложная процедура.

Пэту удалось донести некоторые из своих ключевых знаний до более широкой публики. Он участвовал в новой британской программе для правонарушителей с опасными и тяжелыми расстройствами личности, которые могут причинить серьезный вред другим. Инициатива была призвана улучшить доступ к услугам в области психического здоровья. Пэт тесно сотрудничает с Министерством внутренних дел, Министерством здравоохранения и тюремной службой. Все вовлеченные пациенты совершили насильственные или сексуальные преступления и были задержаны в соответствии с системой уголовного правосудия или действующим законодательством о психическом здоровье.

Бродмур был одним из двух высокозащищенных учреждений, которые служили тестовыми примерами в этой довольно спорной инициативе, направленной непосредственно на более эффективную защиту населения, улучшение ведения пациентов и их лечения.

ПЭТ НАСТОЛЬКО НАСТРОЕН НА ЗАБОТУ О ПАЦИЕНТАХ, ЧТО НЕМЕДЛЕННО ЗАМЕЧАЕТ МАЛЕЙШИЕ ИЗМЕНЕНИЯ В ИХ ПОВЕДЕНИИ. НО ТАК БЫЛО НЕ ВСЕГДА. В ПЕРВОЕ ВРЕМЯ ОН ПАНИКОВАЛ И БЕЖАЛ К МЕДСЕСТРАМ ПО КАЖДОМУ ПОВОДУ, И ОНИ, ЧТОБЫ УСПОКОИТЬСЯ, КУРИЛИ САМОКРУТКИ.

Безопасность, очевидно, является основной особенностью повседневной деятельности Бродмура. Пит Тернер – специалист по снижению уровня насилия и руководитель программы PMVA Operational Lead High Secure Services в больнице Бродмур. Целеустремленный, слегка напряженный и, вполне справедливо, гордый своими достижениями и тем, что прошел путь от «мальчика за стеной» до нынешней важной персоны национального уровня, он задумчивый красивый мужчина с очень прямым взглядом. Он был менеджером по обучению, затем – врачом, потом стал лидером.

Пит принадлежит к выдающимся пяти поколениям тренеров, которые работали в Бродмуре. Сейчас там работает его сын, как и три поколения мужчин до него. За свою впечатляющую карьеру Пит сделал много важного. Он начал работать там в январе 1991 года, так что, когда мы встретились, шел его тридцатый год в Бродмуре.

Как Пэт Макки и Клайв Боннет, Пит вырос в районе Бродмура: «Я рос, постоянно задаваясь вопросом, что находится за стеной».

Его отец проработал в Бродмуре дежурным медбратом 45 лет. Пит отметил: «У моего отца сильная ценностная база. Он христианин. На него сильно напали, выбили зубы… хотя это произошло не в отделении».