Опиум

Путь заблудшей Божией коровки —По цветной стезе татуировки,Мимо локтя, жилистым предплечьем,Заповедным телом человечьим,Через всю долину смуглой кожи…Мы с тобой, сестрица, так похожи.Я, живой — пока. Один из многихЗемноводных и членистоногих.Дышущее братство. Биомасса.Всё бредём, не зная дня и часа —Сколько б смерть свою ни торопили —

Поперёк вселенской энтропии.Мы с тобой, сестрица, плоть от плоти.Наш ковчежец — на автопилоте.Рассуждаю о свободной воле,Словно мышь-полёвка в сжатом поле,Над которым бог — голодный сокол.Я тебя травинкою потрогал.Что ж, сестрица-лаковая-спинка,Я ведь тоже вышел из суглинка,Я ведь тоже только полукровка.Улетай же, Божия коровка!Мы живём (одна земля под нами),

Различаясь только именами.Имя существительное — мнимость.Имя прилагательное — милость.В хляби мирового бездорожьяЯ — разумный (sapiens). Ты — Божья.Но и мне, невольнику идеи,Так хотелось зваться Homo Dei.Мы б тогда, забыв о бренном теле,В голубое небо улетели.Полетели бы на небо,Принесли бы деткам хлеба,

Чёрного и белого,Только не горелого.

(Я в прошлое стучусь)

Я в прошлое стучусь.И звук такой: бум-м! бум!(Ограбленный тайник?)А в будущее яТихонько поскребусь —Там только гул и гудЗа Царскими Дверьми.И вот в своём теперь,И вот в своём сейчас,

И ныне, и пока,Не ведая потерь,Валяя дурака,По самый хвост увяз.Туда — сюда… Но нет«Туда» или «сюда».Есть только это «здесь»(И мне в нём хорошо).Я — это только я.Всё остальное — Бог.Как муха в кулаке,Жужжу свои псалмы.

Перед рассветом