Оргазм, или Любовные утехи на Западе. История наслаждения с XVI века до наших дней

Кроме того, холостяки были не прочь развлечься с женщинами, не удовлетворенными мужьями, а также с молодыми вдовами и проститутками. Вероятно, они практиковали и онанизм, но мы не имеем об этом никаких свидетельств до XVI века, когда грех рукоблудия стал яростно осуждаться и вошел в наставления для исповедников. Некоторые излишне благонамеренные историки делают несколько поспешный вывод о том, что новые нравственные нормы дали быстрый эффект, особенно в пуританской Англии[45]. Обилие трактатов, осуждающих онанизм, говорит скорее о том, что до определенного времени эта практика рассматривалась как допустимая. В Сомерсете между 1601 и 1660 годами «взаимная мастурбация обоих полов, доходящая до семяизвержения у мужчин, видимо, считалась обычным делом у молодежи из низших классов общества до вступления в брак»

[46]. Что же касается содомии и скотоложества, которые теоретически в XVI веке запрещались под страхом смерти, то здесь практика, видимо, расходилась с теорией, особенно в деревнях, и эти преступления не подвергались слишком строгим преследованиям. В судебных архивах Франции крайне мало упоминаний о процессах, возбужденных по этому поводу[47]

. В общинном быту, где дела и поступки каждого быстро становятся известны всем, малое количество уголовных дел при существовании строгого законодательства говорит о том, что на этот счет было негласное попустительство. Возможно, такая снисходительность появилась как следствие тех привычек, что приобретались в сообществах молодыми мужчинами, лишенными регулярных половых контактов. Юноши долгие годы жили бок о бок с товарищами, делили с ними страхи, тягости и радости и, вероятно, иногда пробовали получить и плотские удовольствия в объятиях друг друга. Кроме того, им дозволялось выплескивать энергию в насилии разного рода, в том числе и над зрелыми мужчинами. Соседи терпели это, считая, что «молодежь должна перебеситься». Даже короли склонны были оправдывать бесчинства холостяков. Так, например, король Франции и король Испании легко помиловали в Артуа убийцу-холостяка, опираясь на те же самые доводы.

Однако мы не можем с точностью утверждать, что разделение на три группы населения в крестьянской среде существовало на протяжении всей тысячелетней истории Средневековья. Сообщества молодых зафиксированы только с XVI века: видимо, их возникновение связано с повышением брачного возраста и вытекающими из этого сексуальными проблемами. Такие сообщества просуществовали долго, несмотря на то что их неоднократно порицали за «беспутство» и нечестие. Упадок сообществ резко обозначился в эпоху Просвещения, когда произошли глубинные изменения в модели сексуального поведения в целом[48].

Сосуществование трех групп внутри населения базируется на молчаливом уговоре между поколениями; оно возможно при стабильности и неизменности социального устройства. Сыновья, достигшие половой зрелости, готовы смириться с маргинальным положением в обществе, зная, что однажды они смогут занять место отцов. Такая система выглядит патриархальной, однако она оставляет определенное пространство женщинам, занимающим в ней существенное место: именно они держат в руках ключ к мужским мечтам и наслаждениям. Отцы устраивают порой браки по расчету, чтобы приобрести или не отдавать на сторону свои владения, но там, где речь не идет о большом состоянии, юноши и девушки вольны выбирать супругов по своему усмотрению[49]. После брака свежеиспеченный супруг оказывается лицом к лицу с трудностями. И «королевство молодых» уже не поддерживает его. Единственное, что он обрел, — законное право предаваться плотским удовольствиям (но при этом сексуальная энергия в те времена считалась разрушительной) и стараться, чтобы количество детей, которых надо кормить, не увеличивалось слишком быстро. Некоторые даже жалели о беспечном времени фрустрированного отрочества.

«Третий пол» — содомиты

Обратим наши взгляды на северо-запад Европы. Если в остальных ее частях, особенно у крестьян на юге, разделение населения на три группы существовало долго, то в Париже, Амстердаме и Лондоне с 1700 года установилась совершенно иная модель сексуального поведения. Она просуществовала, так или иначе, до 1960-х годов[50]. Эта модель основана на новом понятии «мужественности», для нее характерно усиление роли брака и создание культа буржуазного семейного очага. Авторитеты и ценности в человеческих взаимоотношениях перераспределяются.