Орудия Ночи. Жестокие игры богов

Почти все, кто был на площади, заметили Похитительниц, и почти никто не понял, что они на самом деле спасли императрицу, лорда Арнмагила, полководцев священного похода и солдат на параде.

– Сворачиваемся, – приказал закашлявшийся от серного дыма Хект. – Капитан Дриер, отведите императрицу к ее личному лекарю.

Элспет плакала от боли. У нее было несколько ожогов – небольших, но сильных. Комок горящей серы угодил прямо ей в волосы. Дриер быстро стряхнул его, пострадав при этом сам.

– Слушаюсь, мой господин.

Хект постоянно поминал в разговорах ангелов-хранителей, но, к несчастью, те, кто верил в ангелов, воображали их прекрасными сияющими созданиями.

Пайпер услышал краем уха, как участвовавшие в походе на Ховакол воины шепчутся, что уже встречали этих чудовищных ангелов раньше.

Хект, Элспет, Феррис Ренфрау, архиепископ Брион, Омро ва Стил-Паттер, адмирал фон Тайр и другие приближенные императрицы сидели за столом в самой большой тихой комнате дворца. Вместе с лордом Арнмагилом на совещание явились Гаурли и Гаурлр. Присутствующие видели, что это брат с сестрой, но не осознавали, что перед ними Орудия.

– Не вижу никаких причин и дальше разводить суету, – сказал Ренфрау. – Безумец-одиночка хотел… Ладно, не знаем мы, чего он хотел. Убить императрицу? Предводителя Войска Праведных? Просто думал, что взрыв сорвет Кампанию? Неважно. Мы живы, а он погиб. Давайте вернемся к делам.

Хект попивал кофе, заигрывал с леди Хильдой и не высовывался, пока Ренфрау расхлебывал кашу, хотя расхлебывать было особенно нечего. История уже гуляла по городу, и слухи обросли такими дикими подробностями, что поверить им мог лишь сумасшедший. Но Хект волновался, не откажутся ли суеверные солдаты участвовать в Кампании, если решат, что она связана с Ночью.

– Планы менять не будем, – заявила Элспет. – Авангард выступит без промедления. Рольф фон Атмег был умалишенным. Забудьте о нем и больше не упоминайте его имени. Зачем извиняться за то, что мы живы? Не обращайте внимания на эти помехи. Пусть Кампания идет своим чередом. Особенно это касается вас, архиепископ. Святые Земли ждут.

Кое-какие неприятные для себя истины архиепископ уже усвоил. И самая главная из них заключалась в том, что не стоило злить императрицу, если он хотел послужить своей церкви. К тому же Брион действительно хотел побывать в Святых Землях.

Лорд Арнмагил улыбнулся сидевшим напротив и привычно погладил пальцем тыльную сторону ладони госпожи Дедал, которая как раз доливала ему кофе.

Расходились все в полном недоумении: что же они все-таки обсуждали на этом совещании, что решали. Никто толком не понял.

Но Кампания подчинялась малейшим прихотям Предводителя Войска Праведных.

Или же такие слухи распускали те, кто желал навредить чужеземному выскочке-простолюдину, обладающему сверхъестественным влиянием на императрицу.

В следующие четыре дня писари и секретари лихорадочно строчили сотни писем; императрица лично их подписывала. Каждое послание предназначалось определенному адресату, в каждом перечислялись его грехи, и Элспет давала понять, что в следующий раз не простит подобного.

Один за другим полки уходили в поход, отправляясь по дорогам и рекам к Святым Землям. Кампанию уже невозможно было остановить. Ни в вооружении, ни в подготовке, ни в организации ничего подобного нигде в мире доселе не случалось. Офицеры из Войска Праведных высчитали, как лучше всего достичь цели, и продумали все до мелочей.

Лорд Арнмагил полагал, что самую серьезную угрозу для Кампании представляют сами ее участники – не дай бог, вздумают пуститься во все тяжкие! Во время последнего священного похода, хоть он и прославился многочисленными победами, больше вреда причинили не неверным, но своим же единоверцам чалдарянам. Тогда солдаты потратили слишком много сил и ославили себя, притесняя тех, кто так радовался их приходу.

Хект твердо намерен был не допустить подобного. В каждом полку на языке солдат этого полка зачитали вполне недвусмысленные правила. Пайпер знал, что кое-кто намеренно пропустит их мимо ушей. К тем военачальникам, что славились своими непотребствами, приставили по надсмотрщику из Праведных. Каждодневно Предводитель напоминал всем о своих приказах.

Несмотря на все усилия, случались и серьезные промахи. Самым большим недостатком Кампании оставалось нецентрализованное командование. Чалдарянское войско представляло собой не единую армию, а сборище разнородных отрядов, устремившихся вслед за вельможами и принцами, каждый из которых придерживался о самом себе чрезмерно высокого мнения. Временно все эти отряды двигались в одном направлении, преследовали одни и те же цели.

Хект не мог оказаться везде и сразу, повсюду предотвращать беду – приходилось полагаться на Лучезарных.

– Вы лучше управляетесь, чем военачальники из предыдущего священного похода, – напомнил ему Титус Консент. – Подумали заранее обо всем, что нужно сделать, изучили прошлые ошибки, просчитали… Да ладно, успокойтесь уже, пойдите напейтесь, что ли, отвлекитесь на пару деньков.

– Не поздновато ли? Кампания уже началась.