Осень 1914 года. Схватка за Польшу

Совместно с крепостью Новогеоргиевск Варшава составляла тот стратегический заслон, что прикрывал русское сосредоточение и развертывание на западной границе. Вместе с тем выдвинутый вперед Польский балкон являлся базой снабжения русских войск, действующих в Европе. После же активного железнодорожного строительства Варшава стала крупнейшим узлом коммуникаций русской Польши. Немцы так писали о значении варшавского крепостного района: «Находясь при слиянии больших водных оборонительных линий пограничной полосы, он прикрывает самым надежным образом происходящее за ними первоначальное сосредоточение русских войск. В случае же наступления немцев на линию рек Вислы и Нарева вынуждает их избирать пункты переправ через них в значительном удалении от района, а после переправы оставлять против него серьезные силы. В случае наступления русских в Германию укрепленный район послужит стратегическим тет-де-поном и местом склада различного рода запасов для операций против немецких крепостей»[179].

Составление стратегического планирования в России в середине XIX века по окончании Крымской войны 1853–1856 годов привело к тому важному выводу, что польская столица должна являться крепостью. А именно – крепостью современного типа, имеющей не только укрепленный центр, но являющейся самой центром крепостного района. Варшава стала обноситься фортовым поясом, дабы не допустить обстрела города и его жизненных точек современной дальнобойной артиллерией. Опыт осады Парижа немцами в 1870 году не прошел даром, а Варшава справедливо представлялась русским форпостом, вынесенным вперед для удара по великим европейским державам в случае военного конфликта с ними.

Исследователь пишет, что «в 1880 году победили генералы Главного штаба, считавшие необходимым сделать город Варшаву большой крепостью. Они аргументировали свою позицию тем, что город и переправы легко, несмотря на цитадель, попадут в руки противника со всеми его богатейшими средствами. Тогда, если бы цитадель и обстреливала переправы, они все-таки находились бы в руках населения и неприятеля, и упорная оборона Новогеоргиевска не имела бы того значения, как в том случае, если бы Варшава как крепость находилась в наших руках, позволяя также пользоваться ей для активных операций на левом берегу Вислы. Все железнодорожные пути от германской границы заперты Варшавой. Она же не дозволяет захватить железнодорожные мосты, она же принимает в себя весь подвижной состав железнодорожной заграничной колеи, протянутой от Вены и Берлина даже до правого берега реки включительно. Она же должна была образовать краеугольный устой будущего обширного стратегического плацдарма на передовом театре войны»[180]. Эти выводы последовали на основании оценки итогов Русско-турецкой войны 1877–1878 годов.

Заключение франко-русского союза в 1892–1893 годах привело к дальнейшему укреплению западного плацдарма Российской империи. Теперь, когда Европа разбивалась на противостоящие и готовые сойтись в Большой Европейской войне военно-политические блоки, Германия и Австро-Венгрия стали восприниматься в качестве потенциальных врагов. В Польше начинает строиться стратегическая железнодорожная сеть, призванная ускорить сосредоточение русских армий на западной границе. В Польше расквартировывается все больше и больше войск, долженствовавших принять на себя тяжесть первых операций. То есть в Польшу вкладывается все больше и больше средств.

Ясно, что это укрепление не могло пройти и мимо крепостей. В том числе и мимо Варшавы. Суть проблемы заключалась в том, нужен ли России выдвинутый на запад стратегический плацдарм или нет. Франко-русские договоренности предполагали необходимость русского удара по Германии, а значит, ведения наступательных действий с самого начала войны. Тем не менее «в середине 90‐х годов прошлого столетия укрепленный район в Польше подвергался самой разнообразной критике. Часть военных специалистов, основываясь на действиях соседей, считала, что он безусловно необходим, а другая находила неполезным внушать полевым войскам “паническое” настроение, укрывая их под защитой крепостей. Полемика в военной литературе, на тактических и стратегических играх военных округов, была весьма яростная, но все же одержало верх мнение стоявших за такой широкий плацдарм»[181]. Таким образом, Варшава должна была оставаться крепостью. И не просто крепостью – но крепостным районом современного типа.