Основы Науки думать. Кн.1. Рассуждение

Возможно, в западной психологии идея об изначальной рациональности познавательных процессов человека, либо идея о формальнологической основе человеческого рассуждения действительно являются широко распространенными. Для советской психологии (а ныне — для российской) характерна традиция изучения познавательной деятельности «снизу», через реальные характеристики реально функционирующего мыишения.

В частности, были описаны роль невербальных смыслов и эмоциональной активации в процессе поиска решения (O.K. Тихомиров, 1969), предметный, операциональный, рефлексивный и личностный уровни регуляции мыслительного процесса (И.Н.Семенов, 1990), взаимосвязь логического и психологического в мышлении (А.В. Брушлинский, 1996).

С точки зрения полученных в этих исследованиях фактов ясно, что человек крайне редко думает (рассуждает) в режиме требований формальной логики — и, тем не менее, находит правильные решения и в нормальных, и в творческих задачах» (Холодная, с. 154).

Более всего меня из перечисленных работ пугает сочинение Брушлинского. Впрочем, я допускаю, что оно глубоко и содержательно. Просто он обладает даром писать только для докторов психологических наук. Тем не менее, как бы Холодная ни размахивала щитом из этих трех работ, не пустить американцев на наш рынок из-за обилия своих исследований было бы неверно.

Жидковато у нас с исследованиями рассуждения. Значит, причина была не в этом.

Я подозреваю, что она в том, что уподобление рассуждения логике оказалось тупиком для психологии, и талантливые психологи наконец-то начали это чувствовать. Не научно, а нюхом, чутьем, даром каким-то, науке неведомым.

И это видно во втором замечании Холодной:

«Как правило, в когнитивных исследованиях фигурирует настолько специальный и искусственный по содержанию и форме стимульный материал, что возникает вопрос о действительном смысле полученных результатов. Содержание силлогизмов, использованных в экспериментальной части исследования, может ошеломить любого нормального испытуемого, поэтому неясно, что, собственно говоря, делали испытуемые в этих условиях: действительно рассуждали, либо «отделывались» от чудака-экспериментатора» (Там же).

О чем это она? Вы читали названия тех работ, что Холодная приводит в качестве примера настоящей научности, — они сами по себе способны ошеломить психически здорового человека. Что может быть хуже? Ну, только не язык американских собратьев.

С языком у наших психологов, слава богу, и у самих хуже некуда.

Их возмутили вот такие примеры исследований:

«В ряде исследований нами было предложено одно из таких заданий, которое вызывает большое число ошибок рассуждения. Задание сформулировано следующим образом.

Считайте, что первые два утверждения (выделенные жирным шрифтом) истинны. Сделайте заключение, используя оба допущения (выберите 1, 2, 3 или 4).

Все композитные числа делятся на 8 без остатка. 26 — композитное число.

Таким образом:

1) должно быть, 26 — не композитное число

2) 26 — исключение из правила

3) Вероятно, композитные числа не делятся на 8

4) 26 делится на 8