Остались одни. Единственный вид людей на земле

В этой главе мы увидели, как недавние открытия позволили по-новому взглянуть на эволюцию Homo sapiens. Они ясно указали, что нашей прародиной была Африка более 150 тысяч лет назад, вычертили маршруты миграций ранних современных людей из Африки в Европу и Азию, многое смогли рассказать о наших родичах и, возможно, конкурентах, неандертальцах. Окаменелые остатки совершенно необходимы для реконструкции нашей истории, но не менее важны и те свидетельства, которые рассказывают о человеческом поведении. Тут нужно быть исключительно осторожными в толковании тех или иных особенностей, и мы это обсудим в следующих двух главах.

Глава 5Современное поведение: “я тебя понимаю” и символы

Я всегда думал, что люди, существовавшие миллион лет назад, очень сильно отличались по поведению от нас сегодняшних. Пусть они мастерили превосходные каменные топоры, но все равно они были гораздо ближе к обезьянам, чем к нам, вели самую незамысловатую жизнь, подбирая любой ошметок мяса, оставшийся от добычи более ловких хищников. Однако постепенно я понял, что все не так однозначно, и изменил свое отношение к людям той далекой эпохи, преисполнившись уважения к их талантам и достижениям – такое впечатление произвели на меня раскопки в Боксгроуве в Сассексе, где 500 тысяч лет назад на краю обитаемого мира жили древние бритты. Я хорошо помню разговор с Марком Робертсом, руководителем раскопок, когда мы с ним рассуждали, как бритты из Боксгроува добывали мясо. Лошади, олени и даже носороги, огромные и страшные, становились добычей людей; отлично сработанными миндалевидными кремневыми рубилами они снимали с животных шкуры, расчленяли их и сдирали мясо с костей. Это видно по многочисленным ударным и процарапанным отметинам на костях, во множестве разбросанных по всей сохранившейся территории тех древних поселенцев. Но нужно задаться вопросом: были ли они охотниками, способными повалить даже крупного носорога, или же падальщиками, подбирающими уже убитую добычу? Безусловно, они проводили немало времени на опасно открытых пространствах за разделкой туш, извлекая всякий годный в пищу кусочек. Значит, они должны были достаточно хорошо сорганизоваться, чтобы другие падальщики – львы, волки и гиены – не отбили у них добычу.

Там, где мы находим кости и со следами разделки, и со следами зубов хищников, царапины от орудий всегда оказываются под следами зубов, а это означает, что первыми до костей добирались люди. Но есть и прямые доказательства активной охоты – например, отверстие от остроконечного копья в лопаточной кости лошади. Хотя в Боксгроуве копья не сохранились – условия захоронения неподходящие, – но такие деревянные копья, из тиса и ели, найдены в местонахождениях Клактон в Эссексе и Шёнинген в Германии, датированных интервалом 300–400 тысяч лет назад. От “копья” из Клактона остался лишь обломанный кончик, а вот копья из Германии – двухметровые, отлично сработанные орудия, их охотничья функция подтверждается тем, что их нашли среди скелетов примерно двадцати лошадей. Археологи до сих пор спорят, как использовали эти копья – метали их или кололи ими добычу, но, так или иначе, совершенно ясно, что наши древние охотники могли подать к столу крупную и опасную дичь.

Конечно, древние люди были крупнее, сильнее и мускулистее среднего человека современности, но по сравнению со зверьем вокруг они выглядели довольно жалко – как же они могли одолеть столь опасных противников и жертв? Булыжники, заостренные камни, деревянные копья, безусловно, помогали существу малосильному и медлительному, без острых зубов и когтей, однако важнее были хитрость и кооперация. Способность обхитрить и переиграть противника, предсказать его поведение и действия своих товарищей по охоте становилась самым важным условием удачной охоты. Марк Робертс рассказывал мне, как он в разговоре со специалистом по африканским носорогам спросил, может ли человек, вооруженный только деревянным копьем, завалить носорога. Специалист ответил, что человек, пожалуй, никогда не пойдет на такую глупость, но Марк настаивал – а если все же нужно? – и эксперт сказал, что если человеку по-настоящему приспичит, то он с несколькими друзьями подкараулит одиночного носорога с копьями наизготовку. Когда тот уляжется спать в тени дерева, они бросятся и ударят разом в незащищенное брюхо, а потом как можно скорее залезут на дерево. И будут сидеть на дереве и надеяться, что носорог истечет кровью до смерти, иначе они застрянут на этом дереве очень и очень надолго!