Осторожно! Муж-волшебник или любовь без правил

— Вчера мы с супругой посещали общественную детскую больницу, она под патронатом благотворительного фонда Кларизы, и нам стало известно… — взгляд аттана сделался пронзительным, и при всей расслабленности его позы я почувствовала, как он весь подобрался. Заметил это и кёрн Ливинны. Следующие слова он подбирал осторожно. — Что после ваших посещений многим детям становится лучше.

Лицо Ридгарна хоть и сохраняло вежливое выражение, но взгляд заледенел. Это не испугало супругу Советника, которая с полным самообладанием озвучила просьбу:

— Мы бы хотели пригласить вас посетить нас и познакомиться с нашим внуком, — произнесла она, переводя глаза с аттана на меня.

Мы тоже обменялись с ним быстрыми взглядами. Я была растеряна и не готова к подобному повороту.

— Благодарю за приглашение. Мы заедем, как позволят дела.

— Сегодня, — с нажимом произнесла Клариза.

— Боюсь, это невозможно.

— Если вы заняты, отпустите с нами Викторию, — не сдавалась женщина. — Мы не отнимем много времени. Дело в том, что корабль отплывает через несколько дней, и мы не можем ждать.

— С чего вы взяли, что наши посещения имеют хоть какое-то влияние на самочувствие детей? Кто вам сказал подобную чушь?

— Неважно. Этот человек не хотел ничего плохого. Поймите, у нас единственный сын, и если с ним что-нибудь случится…

— А Филипп, он прекрасный мальчик… — голос женщины дрогнул.

— Сколько ему лет? — быстро спросила я.

— Четыре года.

— Моего сына тоже зовут Филипп, — призналась я. — Думаю, я всё же смогу заехать на чай и познакомиться с его тёзкой.

— Виктория… — в голосе аттана звучало предупреждение.

— Мы будем очень рады! — быстро произнесла Клариза.

— Простите, вас не затруднит подождать в гостиной? Я бы хотел обсудить некоторые моменты со своей Тенью.

— Да-да, конечно! Мы подождём, — Советник помог подняться из кресла своей жене, и они вышли.

Аттан пальцами отбил дробь по столу, сверля меня взглядом.

— Это глупо и неосторожно. Почему бы тебе просто вслух не заявить о том, кто ты есть. Зачем ты требуешь от нас хранить тайну, когда сама же раскрываешь себя?

— Там ребёнок, — только и сказала я, так как никаких иных аргументов у меня не было. — Я возьму мазь. Можно сказать, что она чудодейственная, древний рецепт, передаваемый из поколения в поколение… что-то в этом роде, а вы их запугаете, чтобы ничего иного не говорили.

— Запугаю, значит, — почему-то мои слова вызвали странную реакцию у аттана.

— Да, у вас хорошо получается взглядом замораживать. Советник дрогнул, это его супруга отчаялась и ради внука готова на всё. Кстати, вы знаете, что там с мальчиком?

— Повреждён позвоночник. Целители ничего не смогли сделать. Их род скорее всего угаснет: единственный сын ищет смерти в бою, а внук калека.

— Тогда я быстро сделаю массаж, выпью чай, а вы проследите, чтобы мы там не задерживались.

— Ты так уверена, что я захочу поехать с вами?

На миг я растерялась, так как действительно этого ожидала, но быстро взяла себя в руки:

— Ничего, я справлюсь сама.

Аттан поднялся и не спеша подошёл, чуть ли не вплотную приблизившись ко мне, нависнув и давя мощью тела:

— Ты забываешь, что пока ещё являешься моей Тенью и без моего разрешения не можешь никуда ехать.

— Нога болит? — поинтересовалась я.

— С чего такой интерес? — в голосе сквозило напряжение.

— Он тоже вытерпел много боли, но вы хотя бы ходите, а маленький мальчик вынужден лежать. И вы меня остановите? — подалась я к нему.

— А ты сострадаешь только маленьким мальчикам? — впился в меня взглядом аттан.

— Да, — отстранилась я, так как буквально чувствовала его дыхание на своём лице. — К сожалению, когда они вырастают, то чаще всего превращаются в высокомерных холодных мужчин, считающих, что имеют право распоряжаться чужими судьбами.

Несколько долгих секунд мы смотрели глаза в глаза.

— Ты сейчас только на меня намекаешь? — после молчания поинтересовался аттан.

Миг, и я дрогнула. Хотела уязвить его, но ему удалось задеть меня. Ведь Влад такой же. Из-за его поступков умерла моя мать. Он действовал намеренно. И в портале бросил меня, спасая сына. Решил всё сам, не давая мне выбора. И пусть мой выбор был бы такой же, но он не дал мне его сделать. Грудь сдавило от боли и непролитых слёз.

Я отступила. Потом сделала ещё шаг назад. Сглотнула подступивший к горлу комок и, с усилием совладав с собой, произнесла:

— С вами или без вас, но я еду.

Резко развернувшись, покинула кабинет, чтобы тут же натолкнуться на две пары глаз, в волнении смотрящих на меня.

— Мне нужно взять мазь, и мы едем, — сказала им, чтобы успокоить, и прошла в спальню.

Первым делом сходила умылась холодной водой, чтобы остудить лицо, потом уже пошла к себе и взяла мазь, привезённую ещё из поместья. Положив её в сумочку, надела шляпку и, взяв зонтик с перчатками, вышла.

Странно, я отсутствовала совсем недолго, но в комнате резко изменилась атмосфера, и напряжение зашкаливало. Советник Бернардар был белее снега, а его супруга Клариза нервно кусала губы, и на щеках её алыми пятнами горел румянец.

— Позвольте узнать, что вы сделали? — тихо прошипела я, подойдя к аттану.