Остоженка. От Остоженки до Тверской

Здесь же с 1940 г. была квартира члена-корреспондента АН СССР Н.Г. Четаева, известного работами по устойчивости движения и в продолжение почти 20 лет редактора журнала «Прикладная математика и механика». На стене дома мемориальная доска в честь патофизиолога академика А.А. Богомольца, занимавшегося вопросами долголетия и обещавшего, что человек будет жить до 150 лет. Он жил и работал в основном в Киеве, где ему предоставили научную базу для исследований в области долголетия, в которых очень был заинтересован Сталин. Ему ни в чем не отказывали, он стал академиком Украинской академии, потом Всесоюзной, лауреатом Сталинской премии, академиком Медицинской академии, Героем Социалистического Труда, и, когда он в 1946 году умер 65 лет от роду, Сталин со злостью выругался и прибавил: «Вот жулик. Всех обманул».

Рядом – дом (№ 6/2), выстроенный инженером В.И. Дзевульским после 1914 г. и оставшийся из-за войны неоштукатуренным. В книге «Тогда… в Сивцевом» ее автор И.А. Желвакова, многолетний директор музея Герцена, рассказывает о писателе Юрии Либединском, жившем в этом доме. Тут же была и квартира рьяного философа-марксиста И.К. Луппола, имевшего немалые заслуги в пропаганде «ленинизма», что отнюдь не спасло его от кровавых лап сталинских палачей. Академика, директора Института мировой литературы арестовали в 1941 г., приговорили к смертной казни, которую он ждал более года, потом заменили ее на 20 лет лагерей, где через год он и умер.

Здание, стоящее островком между Большим Афанасьевским и Филипповским переулками (№ 8), выстроено на земле соседней церкви Афанасия и Кирилла и принадлежало ее причту (1914 г., М.Д. Холмогоров). На первом этаже дома находились булочная Титова (слева) и молочная Чичкина (справа), ближе к церкви – квартира священника, а на втором этаже церковно-приходская школа.

За Большим Афанасьевским можно отметить здание (№ 12), построенное архитектором В.Е. Дубовским для состоятельных жильцов; перед революцией тут были квартиры известных в Москве предпринимателей братьев Федора и Андрея Кнопов; в 1935–1936 гг. писателя Ираклия Андроникова, начинавшего тогда свои известные исследования жизни и творчества Лермонтова и очень популярные впоследствии устные рассказы. В 1920—1930-х гг. жил гляциолог Г.А. Авсюк, будущий академик и участник многих экспедиций по изучению ледников, долгое время жил талантливый историк И.И. Полосин. Осенью 1917 г. в этот дом переехал Борис Пастернак из Лебяжьего переулка и провел здесь полтора года, первое самое страшное время большевистской диктатуры – голод, разруха, преследования. Он пишет в «Докторе Живаго» о событиях ноября 1917 г.: «…Это был разгар уличных боев. Пальба, также и орудийная, ни на минуту не прекращалась. Если бы даже Юрий Андреевич с опасностью для жизни отважился пробраться за пределы простреливаемой полосы, он и за чертою огня не встретил бы жизни, которая замерла во всем городе, пока положение не определится окончательно». Комнату сдал ему журналист Д.М. Розловский: «В не убиравшуюся месяцами столовую смотрели с Сивцева Вражка зимние сумерки, террор, крыши и деревья Приарбатья. Хозяин квартиры, бородатый газетный работник чрезвычайной рассеянности и добродушья, производил впечатленье холостяка, хотя имел семью в Оренбургской губернии. При наступлении темноты постовые открывали вдохновенную пальбу из наганов. Они стреляли то пачками, то отдельными редкими вопрошаньями в ночь, полными жалкой безотзывной смертоносности.» В квартире Розловского Пастернаком было написано одно из лучших его прозаических произведений – «Детство Люверс».

Выстроенное с отступом от красной линии в 1910–1912 гг. здание (№ 14) по проекту архитектора А.Ф. Мейснера для богадельни в «память вдовы генерал-майора Ю.Р. Трофимовича», как писали в газетах, «для женщин военного звания»; освящение ее состоялось 10 июня 1912 г. В 1930-х гг. оно надстроено двумя этажами, а сзади к нему пристроили пятиэтажное здание архитектора И.О. Гохблита. Теперь же здание капитально перестроено.

Снесенный в 1971 г. дом № 16/24 принадлежал артистке Н.В. Репиной, жене композитора и театрального деятеля А.Н. Верстовского. После долгих лет скитания по наемным домам они наконец-то купили собственный домик, где жили с 1836 по 1860 г. до переезда в Хлебный переулок. Здесь их посещали Ференц Лист (в 1843 г.), Р. Шуман и Клара Вик (в 1844 г.) и, вероятно, в 1847 г. Гектор Берлиоз.

Часовня во имя иконы Иверской Богоматери на углу Сивцева Вражка и Староконюшенного переулка

В этом доме жила и в 1919 г. умерла старшая дочь Пушкина Мария Александровна Гартунг. В 1877 г. ее супруга, управляющего московскими заведениями Государственного коннозаводства генерал-лейтенанта Леонида Гартунга, обвинили в растрате казенных денег. Он застрелился прямо в здании суда, оставив такую записку: «Клянусь всемогущим Богом, что я в этом деле ничего не похищал и прощаю моим врагам».