Читаем От былины до считалки полностью

Помни, браток,

Семнадцатый годок!

Мы ваяли в переделку огромный дом,

Именуемый Россией.

При этом и при том

Каждая дверь в этом доме отперта,

На лавках и под лавками нет ни черта.

«Наготы и босоты

Изнавешаны шесты,

А голоду и холоду

Амбары стоят».


А однажды я читал статью В. И. Ленина «Революционный авантюризм», направленную против эсеров. Владимир Ильич любил живую, образную речь. И вот, говоря о лжи, о подтасовке фактов, которые допускали эсеры, Ленин вспомнил знакомые, наверно, еще с детских лет слова и написал: «Не любо — не слушай, а...». И всем было понятно, что шло дальше, что хотел сказать вождь большевиков о своих нечестных политических противниках.

Баек, небылиц, всяких веселых сказок записано и опубликовано очень много. Но начинаешь читать — и видишь: в разных небылицах повторяются одни и те же эпизоды. Только сочетаются они по-разному. И тогда уже перед нами совсем другое, новое произведение.

Вот сказка «Не любо — не слушай», записанная в Карелии.

Жили-были три брата. Пошли они однажды в лес дрова рубить. Настало время обедать. Стали они обед варить, да огонь разжечь йе могут, спички забыли. Видят — далеко в лесу дым поднимается.

— Иди, брат, принеси огня, тогда и сварим обед, — попросили они старшего брата.

Пошел старший брат за огнем, видит — поп с работником хвою рубят да обед варят.

— Дай мне, батюшка, огня, спички мы забыли дома и обеда не можем сварить, — говорит попу старший брат.

— Огня дам, если расскажешь сказку-небылицу.

Начал старший брат сказку рассказывать. Больше ничего не знает, только два слова твердит: «Сказка это небылица». Поп не дал ему огня, избил его и прогнал.

Пришел старший брат к младшим, они и спрашивают:

— Почему же ты огня не принес?

— Не нашел я огня, — отвечает старший брат.

Послали тогда за огнем среднего брата. То же сделал поп и с ним. Вернулся средний брат и говорит:

— Не нашел я огня.

— Подождите, — говорит младший брат, — теперь я пойду!

Пришел он к попу и говорит:

— Дай, батюшка, огня.

— Дам, если расскажешь сказку-небылицу, — говорит поп.

— Расскажу я сказку-небылицу, только не мешайте, а если перебьете — по сто рублей за слово.

— Говори, говори, не перебью, — ответил поп.

Ну, младший брат и начал рассказывать сказку:

Перейти на страницу:

Похожие книги

Жизнь Пушкина
Жизнь Пушкина

Георгий Чулков — известный поэт и прозаик, литературный и театральный критик, издатель русского классического наследия, мемуарист — долгое время принадлежал к числу несправедливо забытых и почти вычеркнутых из литературной истории писателей предреволюционной России. Параллельно с декабристской темой в деятельности Чулкова развиваются серьезные пушкиноведческие интересы, реализуемые в десятках статей, публикаций, рецензий, посвященных Пушкину. Книгу «Жизнь Пушкина», приуроченную к столетию со дня гибели поэта, критика встретила далеко не восторженно, отмечая ее методологическое несовершенство, но тем не менее она сыграла важную роль и оказалась весьма полезной для дальнейшего развития отечественного пушкиноведения.Вступительная статья и комментарии доктора филологических наук М.В. МихайловойТекст печатается по изданию: Новый мир. 1936. № 5, 6, 8—12

Виктор Владимирович Кунин , Георгий Иванович Чулков

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Литературоведение / Проза / Историческая проза / Образование и наука
Конец институций культуры двадцатых годов в Ленинграде
Конец институций культуры двадцатых годов в Ленинграде

Сборник исследований, подготовленных на архивных материалах, посвящен описанию истории ряда институций культуры Ленинграда и прежде всего ее завершения в эпоху, традиционно именуемую «великим переломом» от нэпа к сталинизму (конец 1920-х — первая половина 1930-х годов). Это Институт истории искусств (Зубовский), кооперативное издательство «Время», секция переводчиков при Ленинградском отделении Союза писателей, а также журнал «Литературная учеба». Эволюция и конец институций культуры представлены как судьбы отдельных лиц, поколений, социальных групп, как эволюция их речи. Исследовательская оптика, объединяющая представленные в сборнике статьи, настроена на микромасштаб, интерес к фигурам второго и третьего плана, к риторике и прагматике архивных документов, в том числе официальных, к подробной, вплоть до подневной, реконструкции событий.

Ксения Андреевна Кумпан , Татьяна Алексеевна Кукушкина , Валерий Юрьевич Вьюгин , Мария Эммануиловна Маликова

Литературоведение
Дракула
Дракула

Роман Брэма Стокера — общеизвестная классика вампирского жанра, а его граф Дракула — поистине бессмертное существо, пережившее множество экранизаций и ставшее воплощением всего самого коварного и таинственного, на что только способна человеческая фантазия. Стокеру удалось на основе различных мифов создать свой новый, необычайно красивый мир, простирающийся от Средних веков до наших дней, от загадочной Трансильвании до уютного Лондона. А главное — создать нового мифического героя. Героя на все времена.Вам предстоит услышать пять голосов, повествующих о пережитых ими кошмарных встречах с Дракулой. Девушка Люси, получившая смертельный укус и постепенно становящаяся вампиром, ее возлюбленный, не находящий себе места от отчаянья, мужественный врач, распознающий зловещие симптомы… Отрывки из их дневников и писем шаг за шагом будут приближать вас к разгадке зловещей тайны.

Брэм Стокер , Джоэл Лейн , Крис Морган , Томас Лиготти , Брайан Муни , Брем Стокер

Литературоведение / Классическая проза / Фантастика / Ужасы / Ужасы и мистика