Читаем От былины до считалки полностью

Вот я говорил, что частушки сочиняются и в наши дни.


Как у наших у ребят

Голова из трех частей:

Карбюратор, вентилятор

И коробка скоростей.


Конечно, сразу можно сказать: частушке этой немного лет. А зачин ее — «Как у наших у ребят…» — старый, встречается во многих дореволюционных частушках.

И все-таки большинство припевок, которые поют сегодня, сложено давно. Они одинаково хорошо служат и нашему времени и служили молодежи в дооктябрьские годы:


Только вышла за ворота

— У меня залетка был,

Два подкидыша лежат.

Его звали Михаил.

Одному лет сорок восемь,

Может, видели, подруги,

А другому пятьдесят.

Рот разинувши ходил.


Существует несколько разновидностей частушки. Основной ее тип — это вот такие четырехстрочные песенки, которые приведены выше. Иногда можно встретить и шестистрочную, это более старые частушки, сразу видно и по содержанию, и по языку:


Та не знает горя девушка,

Коя в людях не живет,

Не живет, не мается,

Досыта высыпается,

На работушку идет,

Когда уж солнышко взойдет.


В наши дни шестистрочные частушки попадаются очень редко. Зато плясовые частушки встречаются часто. Они тоже имеют четырехстрочную строфу, только у них ритм другой, специально приспособленный для быстрой пляски. По содержанию плясовые частушки мало чем отличаются от обычных. Но в них, пожалуй, чаще говорится о самой пляске, о гармонисте, они чаще бывают шуточного, даже озорного содержания:


Пошла плясать

Эх, топни, нога,

По соломушке,

Топни, правенькая!

Раздайся, народ,

Я не вырасту большая,

По сторонушке!

Буду маленькая!


Перечитайте эти припевки — вы почувствуете, что их хочется не петь, а выкрикивать, речитативом произносить — для пляски самое главное ритм, недаром и в ладошки прихлопывают, когда русского пляшут, — тоже для ритма. А вот четырехстрочные частушки первого, основного вида, они более музыкальны, поются (в разных местностях на разный мотив).

Третья группа частушек — «семеновна» (четырехстрочная и шестистрочная — это все-таки один вид). У «семеновны» свой особый напев, всюду одинаковый. Некоторые куплеты «семеновны» имеют самостоятельное содержание:


Сорву я веточку, сорву зеленую,

Сыграйте, граждане, спою «семеновну».

Ой вы девочки, да вы, красоточки,

В Красной Армии наши эалеточки.


Но обычно несколько строф «семеновны» объединяются сюжетом, получается как бы коротенькая песенка:


Эх, линия, тебе нет конца,

Сама я русская — люблю украинца.

Люблю украинца, я не скажу кого,

Среди публики узнаю я его.

Узнаю я его, он в серой кепочке,

Который был всегда на приметочке.

В серой кепочке, брови черные,

Из-за него не сплю ночи темные.


В последние годы собиратели не обнаружили новых куплетов «семеновны», и неизвестно, возникают ли они в наши дни или нет. Во всяком случае надо попытаться поискать их.

А на Волге и в некоторых центральных областях России большой популярностью пользуются двухстрочные песенки-страдания. «Страдать» — значит любить. «Страдатель» — такое же специальное слово в страданиях, как «залетка», «дроля», «шурочка», то есть милый или милая, в северных частушках. Страдания, как и «семеновна», иногда соединяются в цепочки, как бы составляют одну песенку, хотя каждая строфа может исполняться и отдельно.


Хорошо страдать весною,

Под зеленою сосною.

Хорошо страдать у пруда —

Далеко ходить оттуда.

Хорошо страдать у печки —

Ноги в тепленьком местечке.

Пропал мальчик с худобы —

Шея тоньше головы.

Дай, маменька, мне нитки —

Разошью платок Микитке.

Маменька, купи кофту,

А не купишь — я утопну.

Маменька, купи чаю,

А не купишь — осерчаю.


А этот вид частушки известен всем: «Яблочко». Тоже исполняется на один мотив.

История «Яблочка» любопытна. Оказывается, оно пришло к нам с Украины. На Украине издавна была известна такая плясовая песенка:

Котись, яблочко,

Куди котишься,

В i ддай, таточка,

Куди хочется.


В годы гражданской войны «Яблочко» вдруг получило всеобщее распространение. Его запели все. Особенно полюбили его революционные матросы. Существует матросская пляска с тем же названием.

Перейти на страницу:

Все книги серии Школьная библиотека (Детская литература)

Возмездие
Возмездие

Музыка Блока, родившаяся на рубеже двух эпох, вобрала в себя и приятие страшного мира с его мученьями и гибелью, и зачарованность странным миром, «закутанным в цветной туман». С нею явились неизбывная отзывчивость и небывалая ответственность поэта, восприимчивость к мировой боли, предвосхищение катастрофы, предчувствие неизбежного возмездия. Александр Блок — откровение для многих читательских поколений.«Самое удобное измерять наш символизм градусами поэзии Блока. Это живая ртуть, у него и тепло и холодно, а там всегда жарко. Блок развивался нормально — из мальчика, начитавшегося Соловьева и Фета, он стал русским романтиком, умудренным германскими и английскими братьями, и, наконец, русским поэтом, который осуществил заветную мечту Пушкина — в просвещении стать с веком наравне.Блоком мы измеряли прошлое, как землемер разграфляет тонкой сеткой на участки необозримые поля. Через Блока мы видели и Пушкина, и Гете, и Боратынского, и Новалиса, но в новом порядке, ибо все они предстали нам как притоки несущейся вдаль русской поэзии, единой и не оскудевающей в вечном движении.»Осип Мандельштам

Александр Александрович Блок , Александр Блок

Кино / Проза / Русская классическая проза / Прочее / Современная проза

Похожие книги

Сын теней
Сын теней

Это вторая книга в трилогии о Семиводье, повествующем о последних днях до-христианской Ирландии. "Сын теней" рассказывает историю детей Сорчи (героини первой книги, спасшей своих заколдованных братьев) и ее мужа, британца Хью.Любимая, послушная дочь своих родителей, Лиадан отправляется в неожиданное путешествие, заставившее ее понять, каким трудом завоеваны мир и покой, к которым она так привыкла. Лиадан понадобится все ее мужество, чтобы спасти свою семью, покой и счастье которой — а заодно и весь ее мир — собираются разрушить древние и темные силы. И еще ей понадобится вся ее сила, чтобы пойти против воли своих самых любимых людей, поскольку от того, какой путь выберет Лиадан в поисках истинной любви, зависит всеобщая гибель… или же спасение.Это умный исторический роман, в котором чудеса настолько естественно вплетены в повседневную жизнь героев, что об этой книге не возможно думать, как о произведении в стиле фентези — это просто история о людях, для которых колдовство и разговоры с лесными духами естественны и обычны.

Джульет Марильер

Фантастика / Фэнтези / Фольклор, загадки folklore