Читаем От нашествия варваров до эпохи Возрождения. Жизнь и труд в средневековой Европе полностью

Земельные владения дворян иногда были крупными поместьями, но гораздо чаще, то есть у дворян второго разряда, которых было намного больше, поместья были среднего размера или малые. А вот поместья королей и церкви, наоборот, почти все можно отнести к разряду крупных, хотя они редко находились все в одной местности, а обычно были разбросаны по всей стране. Дворяне первого разряда могли владеть большим числом усадеб или поместий. Так, в Англии поместья одного знатного барона состояли из 793 ферм или земельных наделов, разбросанных по двадцати графствам. В Италии некоторые знатнейшие аристократы имели по 11 тысяч крестьянских хозяйств, а об одном аристократе XI в. известно, что он имел 90 тысяч гектаров земли. Другие держали от 500 до 600 крестьянских хозяйств, и даже римские папы в одном округе имели группу поместий, занимавшую 78 541 гектар. Но лишь меньшинство дворян было так сильно своими обширными землями, а большинству приходилось довольствоваться менее крупными владениями, хотя даже они благодаря тому, что земля была дешевле, чем сейчас, были крупнее сегодняшних средних и мелких имений. В Дофине, например, в фиеф входило от трех до двенадцати крестьянских хозяйств. В Англии существовали фиефы, состоявшие из трех или четырех усадеб, или из земель трех или четырех деревень. В те времена, когда большие поместья постепенно делились на части из-за пожалования их земли в качестве феодов и ее отчуждения различными путями, малые и средние феоды делились на части в результате деления или смены владельца. Средние и малые поместья рассыпались на бесчисленное множество маленьких владений, среди которых в Пуату и Сентонже были «имения», состоявшие всего из пятой части одного крестьянского хозяйства. В Королевстве обеих Сицилии нередко встречались четверть, пятая часть или седьмая часть рыцарского поместья. В Нидерландах далеко не редкостью были деревенские дворяне, которые сами шли за плугом, жили как крестьяне и отличались от них только буйством и свирепостью.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история (Центрполиграф)

Мой дед Лев Троцкий и его семья
Мой дед Лев Троцкий и его семья

Юлия Сергеевна Аксельрод – внучка Л.Д. Троцкого. В четырнадцать лет за опасное родство Юля с бабушкой и дедушкой по материнской линии отправилась в Сибирь. С матерью, Генриеттой Рубинштейн, второй женой Сергея – младшего сына Троцких, девочка была знакома в основном по переписке.Сорок два года Юлия Сергеевна прожила в стране, которая называлась СССР, двадцать пять лет – в США. Сейчас она живет в Израиле, куда уехала вслед за единственным сыном.Имея в руках письма своего отца к своей матери и переписку семьи Троцких, она решила издать эти материалы как историю семьи. Получился не просто очередной труд троцкианы. Перед вами трагическая семейная сага, далекая от внутрипартийной борьбы и честолюбивых устремлений сначала руководителя государства, потом жертвы созданного им режима.

Юлия Сергеевна Аксельрод

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике
История работорговли. Странствия невольничьих кораблей в Антлантике

Джордж Фрэнсис Доу, историк и собиратель древностей, автор многих книг о прошлом Америки, уверен, что в морской летописи не было более черных страниц, чем те, которые рассказывают о странствиях невольничьих кораблей. Все морские суда с трюмами, набитыми чернокожими рабами, захваченными во время племенных войн или похищенными в мирное время, направлялись от побережья Гвинейского залива в Вест-Индию, в американские колонии, ставшие Соединенными Штатами, где несчастных продавали или обменивали на самые разные товары. В книге собраны воспоминания судовых врачей, капитанов и пассажиров, а также письменные отчеты для парламентских комиссий по расследованию работорговли, дано описание ее коммерческой структуры.

Джордж Фрэнсис Доу

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Образование и наука

Похожие книги

100 великих кладов
100 великих кладов

С глубокой древности тысячи людей мечтали найти настоящий клад, потрясающий воображение своей ценностью или общественной значимостью. В последние два столетия всё больше кладов попадает в руки профессиональных археологов, но среди нашедших клады есть и авантюристы, и просто случайные люди. Для одних находка крупного клада является выдающимся научным открытием, для других — обретением национальной или религиозной реликвии, а кому-то важна лишь рыночная стоимость обнаруженных сокровищ. Кто знает, сколько ещё нераскрытых загадок хранят недра земли, глубины морей и океанов? В историях о кладах подчас невозможно отличить правду от выдумки, а за отдельными ещё не найденными сокровищами тянется длинный кровавый след…Эта книга рассказывает о ста великих кладах всех времён и народов — реальных, легендарных и фантастических — от сокровищ Ура и Трои, золота скифов и фракийцев до призрачных богатств ордена тамплиеров, пиратов Карибского моря и запорожских казаков.

Николай Николаевич Непомнящий , Андрей Юрьевич Низовский

История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
10 гениев, изменивших мир
10 гениев, изменивших мир

Эта книга посвящена людям, не только опередившим время, но и сумевшим своими достижениями в науке или общественной мысли оказать влияние на жизнь и мировоззрение целых поколений. Невозможно рассказать обо всех тех, благодаря кому радикально изменился мир (или наше представление о нем), речь пойдет о десяти гениальных ученых и философах, заставивших цивилизацию развиваться по новому, порой неожиданному пути. Их имена – Декарт, Дарвин, Маркс, Ницше, Фрейд, Циолковский, Морган, Склодовская-Кюри, Винер, Ферми. Их объединяли безграничная преданность своему делу, нестандартный взгляд на вещи, огромная трудоспособность. О том, как сложилась жизнь этих удивительных людей, как формировались их идеи, вы узнаете из книги, которую держите в руках, и наверняка согласитесь с утверждением Вольтера: «Почти никогда не делалось ничего великого в мире без участия гениев».

Елена Алексеевна Кочемировская , Александр Владимирович Фомин , Александр Фомин , Елена Кочемировская

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное