От винта! [Сборник]

– Я теперь представитель Ставки ВГК по авиации. – Людмила повернулась ко мне лицом и присела на табуретку.

– Это – зам Верховного? – она провела рукой по лбу. – Ничего себе! Вот тебе, милочка, и вышла замуж за лейтенанта!

– Что сделаешь, милая. Война. «Или грудь в крестах, или голова в кустах!»

– А я-то думаю, чего это какие-то люди приходят и пытаются убраться, мусор вынести. Я их выгнала, сама хожу. И ещё: двое каких-то людей постоянно за мной ходят, когда я с Серёжкой гуляю по парку возле Кремля.

– Да, ты под охраной. Этот дом тоже охраняется.

– Они здорово помогли, когда у меня на улице попытались сумочку вырвать. Догнали мальчишек быстро, но отчитали меня за рассеянность. Сказали, что уголовников в Москве много. Но они не сказали мне, что охраняют именно меня, я думала, что это патруль.

– В патруле три человека, или больше. Устав забыла?

– Нет, наверное, просто не подумала. А зачем меня охранять?

– А вдруг ты знаешь «военную тайну», а буржуины тебя схватят и пытать начнуть? Ладно, смех смехом, но тут не фронт, и тебе надо быть осторожнее. Особенно с нашими фронтовыми привычками: все кругом общее, двери всегда открыты.

Она налила мне тарелку вкусно пахнущего борща и принялась жарить мясо. Её занимали в основном бытовые мелочи. Кстати, я вспомнил, что денег у неё либо нет, либо совсем мало. На фронте деньгами мы почти не пользовались, всё оставалось на книжке. Обсудили этот вопрос и много других, пока я ел. Я ей сказал, что в Москве у меня будет странный график работы: где-то с 14.00 часов, если нет ничего срочного, и никто не звонит. Но допоздна, может быть и до утра. Попросил её сократить количество контактов с окружающими людьми, так как это могут быть и совсем не нужные люди.

– Я всё понимаю, Паша. А где Петруша?

– В 14-м полку, во второй эскадрилье. У Васильева остался, они подружились в командировке в Баку. Мне теперь постоянный ведомый не нужен. Скоро всех наших увидишь, в Москву приедут ордена получать.

В Москве пробыл всего трое суток, после этого меня отправили на Второй Украинский, где готовилась операция по захвату Румынии и Болгарии. Прилетевшую эскадрилью Голубева я разбил на звенья и направил на разные фронты, так, чтобы по типу самолётов невозможно было определить подготовку к наступлению. Все самолёты звеньев выполняли полёты поодиночке, без сопровождения, так как высотность МК XIV позволяла безопасно летать над территорией противника. Несколько раз немцы пытались перехватить их, используя водно-метаноловую смесь для форсажа, но всё равно не дотянулись. Да и лётчиков Голубев набрал себе лучших. В общем, не получилось у немцев помешать этой работе. На «спитфайрах» стояла американская камера «Кодак». Довольно сложная, настройки выводились в кабину, но у самолёта был автопилот, поэтому он мог беспрепятственно заниматься с камерой. Но полёт на такой высоте требует и внимания, и осторожности, соотвествующего оборудования и экипировки. Всё это было доставлено в Архангельск, как и обещал Тэддер, часть пошла сразу лётчикам, а часть сразу поступила в НИИ ВВС в отдел по работе с новой техникой. В том числе и турбонаддув нового «Роллс-Ройса». Вершинин и Науменко активно готовились к операциям в Румынии и Венгрии, и даже говорили, что поддержка 24-й ИАД им не потребуется, дескать, у немцев самолётов маловато для этого. Пришлось несколько умерить их рвение, сказав, что за последний источник нефти драку немцы всё-таки устроят. К сожалению, даже наши «дальние» разведчики проникали на территорию противника не очень глубоко, поэтому немцы могли скрытно подтягивать авиацию поближе. Судить приходилось по косвенным данным. И ещё: немцы не использовали для перевозки топлива цистерны, а перевозили всё в бочках, только на аэродроме это топливо перекачивалось в ТЗ. Этим они здорово повышали скрытность развёртывания.

Под Ленинградом, начиная с 7 января, АДД провело «слепую» бомбёжку узловых станций, используя данные фронтовых РЛС, так как выяснилось, что немцы, пользуясь ненастной погодой, активно начали восстанавливать железную дорогу: единственный доступный для них транспорт. Одновременно с бомбёжкой АДД провело и агитационную работу, разбросав над мешком листовки со сталинградскими фотографиями. Это, несомненно, повлияло на немецкие войска. Официально фельдмаршал фон Кюхлер был снят с должности командующего группой армий «Север», но вновь назначенный Вальтер Модель находился в Риге и не мог попасть в котёл из-за погоды, хотя я подозреваю, что не только погода влияла на доставку нового командующего.