Отец городов русских. Настоящая столица Древней Руси.

Перед боем и в бою берсерки грызли края щитов и металл мечей, выли страшными голосами и выкрикивали строки из саг. Они не жалели себя и не хотели сохранения собственной жизни — и потому с такой яростью бросались на врагов. Им было безразлично, что их ранят, искалечат или убьют — лишь бы добраться до врагов. А врагов они рубили на части, прямо на поле боя рассекали им вены и пили теплую кровь еще живых людей или вырезали и поедали дымящуюся печень.

Некоторые берсерки были так ужасны, что плавали в отдельных ладьях — их боялись даже свои: никто не знал, что именно и когда придет в голову берсерку.

Все первобытные люди уважают сумасшедших как провозвестников воли высших сил. Но на Руси почитали мудрых волхвов или блаженненьких юродивых, в мусульманском мире — не вполне вменяемых дервишей; в Китае — отшельников; в католическом мире — стигматиков, у которых на руках и ногах возникали язвы: в тех самых местах, где были вбиты гвозди в тело Христа.

А скандинавы ценили именно таких сумасшедших: предельно свирепых и опасных. Наверное, берсерки казались им отмеченными какой-то высшей силой, возлюбленными детьми Вотана и Одина, которым в Валгалле сидеть ближе всех к богам и пить больше всех самого лучшего пива.

Это ведь тоже не признак страшной рациональности.

Казни в историческом прошлом — особая и не слишком приятная тема. Но можно ли представить себе преступника на Руси или в Европе, который попросил бы вместо повешения посадить себя на кол или вместо отрубания головы — четвертовать.

А вот осужденные скандинавы порой просили «вырезать им кровавого орла». При этом виде казни палач взрезал спину, выламывал ребра и вырывал рукой сердце живого человека. Так викинг доказывал свою волю и презрение к смерти.

Расселение скандинавов

Самый простой способ решить проблему «относительного перенаселения» — расселиться в еще не освоенных местах. К западу от Скандинавии лежала и лежит Атлантика. Пусть тот, кто хочет, проникнет в это колоссальное водное пространство, проверит — нет ли там чего-то подходящего?

Уже в конце VIII века скандинавы открывают для себя острова к северу от Шотландии: Оркнейские, Гебридские, Шетлендские, Фарерские… Невеселы эти острова, лежащие между 59 и 63 градусами северной широты — как раз на широте Скандинавии. Леса на них нет, почти нет наземных животных. Только неумолчный прибой, крики бесчисленных морских птиц, вечные ветра. Не особо уютное место.

Долгое время эти острова оставались необитаемыми. В последней четверти VIII века их начали заселять люди тоже не очень веселые: монахи из Ирландии. Русские монахи уходили подальше от соблазнов мира в непроходимые леса — в «пустыню». Точно так же ирландские монахи уходили… вернее, уплывали на лодках от мира на необитаемые острова.

С начала IX века норвежцы и датчане начали высаживаться на этих островах. Монахов они сразу убивали, а острова заселяли. Хлеба здесь своего не хватало, а самым главным сельскохозяйственным животным стала неприхотливая овца. Из овечьего молока делали сыр и творог, из шерсти ткали ткани. В сравнении с этими тканями современная мешковина покажется чуть ли не шелком. Огромную роль в хозяйстве играла охота на морского зверя, рыбная ловля в океане.

Исландия лежит между 64 и 67 градусами северной широты, в субарктике. Зимой граница льдов подходит вплотную к северному побережью, солнце поднимается над горизонтом часа на два, на три и стоит низко-низко, как закатное; почти арктическая ночь. Летом термометр даже на юге редко показывает выше 14 градусов. Сыро, холодно, промозгло.

С конца VIII века ирландские монахи поселились на крайнем юге Исландии — Страны снегов. К 860 году норвежцы перебили монахов и начали сами заселять остров. В 930 году побережье было в основном заселено, жило здесь около 25 тысяч человек. К концу XI века в Исландии насчитывалось более четырех с половиной тысяч дворов.

В 980-е годы исландские моряки, двигаясь на запад, открыли Гренландию. Парадокс — но этот остров они назвали Зеленой Землей, — да она и была в те времена, во время климатического максимума, гораздо теплее, чем сегодня.

К XII веку в Гренландии было 280 дворов, жило больше тысячи человек, были два церковных прихода. В отличие от безлюдной Исландии, в Гренландии жили еще и эскимосы. Этим охотникам на северных оленей-карибу, белых медведей и морского зверя совершенно не нравились жестокие завоеватели, и в анналах появляются записи типа такой: «Скрелинги пошли войной на гренландцев, убили 18 мужчин, взяли в плен двух подростков и сделали их рабами» [78. С. 412].

Скандинавам тоже не очень нравились эскимосы-скрелинги. Видимо, они считали этот низкорослый народ своего рода северными гномами и старались даже лишний раз не говорить о них, чтобы не накликать беду. А пойманных «гномов», независимо от возраста и пола, сжигали живьем или попросту топили в океане.