Отец моей подруги

Беру трубку, Сергей краток до невозможности.

— Есть новости. Надо встретиться. Давай в «The Ivy» через полчаса.

— Понял.

Никаких пояснений, лишних слов. А значит...

Отбрасываю телефон, крепче сжимаю руль.

Ясно, что это значит. Пиздец это означает, вот что. Неслабый такой и нехуевый.

«The Ivy» это в районе Ковент-Гарден. Туда и двигаю.

Ресторан оформлен в классическом британском стиле — темное дерево, латунные детали, кожаные кресла. На стенах висят произведения искусства, причем только оригиналы. Никаких копий.

Место для состоятельной публики, здесь лишь бы кого просто не пустят.

Мы не лишь бы кто, и Сергей уже забронировал кабинет. Здороваемся коротко и сухо, короткий взгляд в упор говорит сам за себя.

Все серьезно.

— Делай заказ, — говорит Сергей спокойным уверенным тоном, а сам разворачивает ко мне экран телефона.

Там в окне мессенджера набран текст, который он никуда не собирается отправлять. Он предназначается мне.

Походу, все и правда серьезно.

Читаю, киваю, что прочитал, он удаляет написанное.

— Сейчас посмотрю меню, — отвечаю и набираю ответ.

Бесшумно входит официант с двумя чашками кофе, переворачиваю телефон экраном вниз.

— Возникли проблемы с логистикой. Меня не устраивают сроки, слишком затянуто, — говорит Сергей, когда я делаю заказ и официант выходит.

Беру свой кофе. Напряжение сводит мышцы, но я справляюсь. Не в первый раз.

— Давай обсудим, — соглашаюсь покладисто, — тебя какой срок устроит.

— Дней пять, может три. И в ускоренном темпе, — слова придавливают как камни. Изнутри поднимается холод, расползается в груди.

От кофе на языке металлический привкус. Сергей дописывает и разворачивает ко мне экран.

— Скажи сразу, если не готов, я найду другого поставщика.

Медленно выпрямляюсь, сверлю взглядом Сергея, но он с хмурым видом смотрит в сторону.

— Готов, — отвечаю хрипло, — только надо пройтись по деталям.

Выходим на улицу. Ветер дует в лицо, но это даже к лучшему — в мозгах проясняется. Хочется курить, но я не брал сигареты.

— Тебя подбросить? — спрашиваю Сергея.

Он качает головой, бросая предостерегающий взгляд.

Ясно. Не стоит.

— У меня еще встреча.

— Ну тогда до скорого.

Остаток дня уходит на подготовку. Встречи, звонки, люди, которым я передаю тонны бумаг и распоряжений.

Механика действий. Делаю все четко, безупречно. А вечером... Вечером иду к ней.

К Лизе.

Еду через центр мимо старых зданий, мокрых от дождя. Редкие прохожие спешат по домам, кутаясь от промозглого ветра.

Лондон шуршит под колесами, свет фонарей отражается в блестящих мостовых. Воздух пахнет сыростью и городом, эта смесь насквозь пропитана дождем.

Захожу в квартиру — темно, только в ванной горит свет. Иду туда и замираю в дверях. Лиза лежит в хлопьях пены, волосы подобраны, отчего тонкая шея кажется особенно длинной и беззащитной.

Она знает, что я приду. Знает и ждет.

— Ты что-то долго, — лениво бормочет, не открывая глаз.

Опускаюсь на корточки рядом с ванной. Пальцы сами тянутся к ее лицу, скользят по влажной коже от лица к шее, по ключицам вниз.

— Какая же ты красивая...

Она не просто красивая, она охуенная. Лиза приоткрывает глаза, улыбается.

— Что-то случилось? — спрашивает.

— Нет, детка. Все нормально, — наклоняюсь ближе, целую в висок.

Она тянется ко мне, цепляется за рубашку. Достаю свое сокровище из воды, заворачиваю в полотенце. Она смеется, прячет лицо у меня на груди.

— Какой ты сильный, — мурлычет, прижимаясь крепче.

Я не отвечаю. Молча несу ее в спальню.

Хочу чувствовать ее каждую секунду. Ощущать ее, впитать все до мельчайшей детали.

Как она извивается, как шепчет мое имя, как цепляется за меня, будто боится, что я исчезну. Если бы она знала...

Вхожу резко, рывком. Лиза хватает ртом воздух, но обвивает ногами мои бедра. Сжимаю ее запястья, вдавливая в простыню.

Она подается вперед, навстречу, задыхается, но не останавливается. Мы сплетаемся языками, руками, я выхожу на всю длину и снова заполняю собой до упора.

Когда она кончает, не сдерживается, кричит. Вжимается в меня, дрожит, и я так же громко кончаю следом.

Закрываю глаза, зарываюсь носом в ее волосы.

Слишком мало мне ее. Всего слишком мало...

...Наконец Лиза засыпает на моей груди, ее дыхание выравнивается.

Глажу ее волосы, вдыхаю запах, впитываю тепло ее тела. Мне хочется сказать ей так много, но слова не имеют смысла. Они ничего не изменят.

Лежу без сна, смотрю на нее. Запоминаю каждую черточку, вслушиваюсь в ее дыхание.

Моя малышка во сне что-то бормочет, хмурится. Разглаживаю складку между ее бровей.

Вот сейчас, в этом моменте, мы с ней вне времени и пространства. И я все бы отдал, чтобы так было и дальше.

Но пиздец не спрашивает, когда приходить. У него много разных названий — возмездие, расплата, карма. Или просто нефарт. Сути это не меняет.

Нихуя это уже не меняет.

Лиза

Марат сегодня был странный.

Мы полночи занимались любовью, пока я не вырубилась без сил. В этом как раз ничего странного не было.

Но потом я сквозь сон слышала, как Марат встает, ходит по квартире. Курит. Ложится обратно, но не спит.

Раньше он если сам просыпался, всегда меня будил.