Отец моей подруги

Мне радо разложить вещи. Придать им видимость порядка, раз уже в голове такой хаос. Может тогда и там все встанет на свои места?

Я не хочу любить Марата, но за этот месяц у меня так и не получилось выбросить его из головы. И это в его отсутствие.

Какова вероятность, что в его присутствии я смогу себя контролировать? Боюсь, что дальше будет только хуже.

Наконец все вещи распакованы, разложены, и ждут своего часа.

Марат

Мои люди справились быстрее. Уже через два часа доклад по Стебельку лежал на моем столе, я только успел вернуться к себе после обеда.

Не могу отделаться от желания так ее называть, хотя отдаю себе отчет, как это глупо звучит. Пускай оно звучит пока исключительно в моей голове.

Свою дочь я называю Малинкой, и не про себя, а вслух. Но во-первых, это мой ребенок. Во-вторых, она в детстве обожала все малиновое — шампуни, гели для душа, мороженое и даже леденцы.

А Стебелек это зашквар, я и сам знаю. Но мне нравится.

Закрываюсь в кабинете, открываю файл. Так, Елизавета Золотарева. Восемнадцать лет.

Ну блядь.

Хотя на что я надеялся?

Да ни на что. Так, вырвалось.

Читаю дальше. Отец и мать погибли четыре года назад на съемках документального фильма в горах. Золотарев Олег был оператором, Золотарева Ксения режиссером.

Мда... Смутно припоминаю, что Крис мне говорила что-то о родителях своей подружки. И я даже выслушал. Но затем мозг по привычке отфильтровал ненужную информацию и удалил.

Теперь внимательно читаю все, что мои парни нарыли о родителях Стебелька. Не Голливуд, конечно, но заработки имели приличные. По крайней мере о дочери заботились, покупали недвижку, откладывали на будущее.

А дальше как в сказке. Плохой сказке с нехорошим концом.

Опекуном Стебельку стал редкий уебок — младший брат Золотарева, Захар. Он проигрался в Вегасе до трусов, спустив все, что оставил брат своей дочери за исключением целевых накоплений на образование.

Уебка отправили мотать срок и отрабатывать долги племяннице. Он прилежно трудится, зарабатывая десять фунтов в неделю и перечисляя их Лизе. В месяц это выходит целых пятьдесят долларов.

Охуеть.

Вот отсюда и растут ноги у ресторана.

Девчонка осталась на улице, не успев выйти из пансиона. Счет на образование разблокируется только после ее зачисления, и получить на руки Лиза их не сможет.

Сука. Если бы с моей дочерью кто-то попытался провернуть что-либо подобное, клянусь, с того света вернулся, только чтобы разобраться с уродом. А здесь и заступиться за девчонку некому.

Крис тоже хороша. Знала, в каком положении подруга, но ничего не сделала, чтобы помочь. Развернулась и укатила с матерью на моря.

Лора любит называть себя моей бывшей, но по факту никакой бывшей она не является.

Я тогда с трудом вспомнил девушку, с которой мы самозабвенно трахались в туалете дешманского ночного клуба. Пришлось вспомнить, когда она заявилась с животом, торчащим между полоской топа и джинсами, которые уже с трудом застегивались.

Девушка требовала денег, в противном случае грозилась сделать аборт. От нее несло дешевым парфюмом, алкоголем и жвачкой. Девушка была абсолютно чужой, но вот живот...

Живот был моим. Я это сразу почувствовал, хотя девственницей Лора не была. И когда Кристинка родилась, я безошибочно признал в ней свою дочь. Хотя, конечно, сделал тест.

Лора записала дочь на себя. Мелкая месть за то, что я не захотел на ней жениться. И в принципе ее больше ни разу не захотел, несмотря на приложенные усилия. Она такая во всем была и осталась. Мелкая.

Я долго добивался права опеки над дочерью. Добился. Лора манипулировала ребенком, чтобы обеспечить себе непрерывный денежный поток. Денег у меня дохуя, но это не значит, что я готов содержать всяких бездельниц и приживалок.

Я согласился оплачивать потребности только своей дочери. Ее мать пришлось деньги на свое обеспечение искать самостоятельно.

Я предлагал Лоре помочь с образованием и работой, но она сочла это оскорблением. Хорошо, что дочь на нее совсем не похожа.

Крис — моя боль. Она до сих пор мечтает, что случится чудо, ее папа и мама полюбят друг друга, и мы заживем одной семьей.

Бедный мой ребенок. Это единственное, чего я никогда не смогу сделать. Даже ради нее. Даже если бы я умел любить женщин, а не просто трахать, я никогда бы не полюбил такое никчемное создание как ее мать.

Но я ни за что не скажу этого своей дочери, у нее и так достаточно поводов для страданий. Моя малышка слишком болезненно относится как к моим связям, так и к связям Лоры. Поэтому мы стараемся не особо светить ими перед Крис.

В последнее время Лора вновь активизировалась. Она рассталась с очередным любовником, я распрощался с Надин. Надин модель, слишком красивая и слишком капризная, чтобы продержаться больше двух недель.

Надин не первая и не последняя, но Лора почему-то решила, что у нее появился шанс. Меня откровенно заебали ее подкаты, слишком навязчивые и откровенные.

Она так открыто и прямо напрашивалась приехать вместе с Крис, что мне пришлось так же прямо ее послать. Открытым текстом.

Хорошо, что вместо Лоры с Кристиной приехала Стебелек...