Отец моей подруги

Любуюсь, как дочкина стройная фигурка красиво входит в воду. Моя школа!

— А ты? — поворачиваюсь к Лизе.

— Я не умею так красиво, — говорит она.

— Чтобы научиться красиво прыгать, надо сто раз прыгнуть некрасиво. Хочешь попробовать?

— Не сейчас. Если можно, я спущусь в воду с купальной зоны.

— Конечно можно, — отстаю, — подожди, я только спущу лестницу.

Она проходит за мной на корму, ждет пока я раскладываю металлическую лесенку. Держится за бортик катера и спускается спиной вперед. Но теряет равновесие и чуть не булькает в воду. В последний момент успеваю поймать девчонку за тоненькую талию.

Надо же, я ебучий везунчик. Сегодня мне уже довелось ее позажимать, когда в катер затягивал. Теперь моя ладонь лежит на ее животе — плоском и бархатистом, и вся моя недавняя операция по минусовой эрекции летит в ебеня.

Где же ты взялась на мою голову, Лиза Золотарева, подруга моей дочки?

Быстро опускаю девчонку в воду, надеясь, что ей сейчас не до моего члена, и она не будет его особо пристально осматривать. Разгоняюсь и перемахиваю через борт, входя в воду строго под намеченным углом. Потому что морская вода сейчас это единственное, чем я могу прикрыться.

Лиза

Я не могу уснуть. Слишком много эмоций принес день, это были настоящие эмоциональные американские горки. Кажется, меня до сих пор подбрасывает, будто я все еще несусь на сумасшедшей скорости по бирюзовой морской глади.

Закрываю глаза и вижу широкую загорелую руку на моем животе. Она слишком контрастно смотрится на молочно-белой коже. Рука скользит ниже, ложится на тканевый треугольник. На миг замирает и уверенно отодвигает ткань...

В низу живота все скручивается в сладкий узел. Тело непроизвольно выгибается, глухо стону в ладонь, зажимая рот.

Опускаю вторую руку вниз, там так мокро, что пальцы тонут в вязких соках.

— Марат, — шепчу, глубоко дыша, — Марат...

Под пальцами разгорается настоящий пожар. Широко развожу ноги, двигаю пальцами, стараясь делать так, как это делал он.

Он рядом, всего через несколько метров — его спальня на том же этаже, что и наши с Крис комнаты. И это заставляет кровь стучать в висках и пульсировать.

Я так старалась не смотреть, как струйки воды стекали по четко очерченным кубикам его пресса! Но теперь эта картина слишком четко стоит у меня перед глазами.

Полоска жестких волос, уходящая за резинку плавательных шорт. Загорелая кожа, обтягивающая литые мускулы. Черные глаза, которые смотрят в упор.

Низ отдает пульсацией, но это слабый отголосок того, что было с Маратом.

Его запах, твердые, перекатывающиеся под кожей мышцы, язык у меня во рту — это подчиняло, вызывало в теле неконтролируемую дрожь. А без него это просто разрядка, которую я получаю каждый раз, когда о нем думаю.

Месяц назад

Я его сразу заметила. Его невозможно не заметить, на него обернулись все женщины, присутствующие в зале ресторана. И я не стала исключением.

Мы с моей напарницей Эмилией обслуживаем большую компанию, засевшую на террасе. Я совсем сбилась с ног, таская тяжелые подносы, но у них крупный чек и, судя по их довольному виду, чаевые обещают быть щедрыми.

Сейчас выдалась свободная минутка, и я, стоя у барной стойки, невольно залипаю на мужчине, который сидит за столиком по диагонали. Слишком яркая внешность. Я бы сказала, хищная. Начиная со взгляда и заканчивая позой.

Она кажется расслабленной, но почему-то кажется, что это видимое спокойствие. Мышцы под белоснежной рубашкой напряжены, черные колючие глаза время от времени бросают цепкие взгляды по сторонам.

Его спутник сидит спиной, изучает меню. Оборачивается, делает знак администратору.

— Лиз, обслужи тех двоих, — Джейк чуть заметно кивает в сторону мужчин.

Оборачиваюсь в сторону террасы. А как же компания?

— Эмили их рассчитает, — админ перехватывает мой взгляд, — живее!

У нашем ресторане чаевые делятся между всеми официантами, барменом и администратором поровну, так что я свое уже заработала.

Подхожу к столику, навешиваю на лицо приветливую улыбку. Хотя у самой начинают дрожать коленки.

Мысленно на себя прикрикиваю. Вообще-то я не трусиха. Да, для меня проблема заговорить с незнакомыми людьми, но это посетители. С ними не обязательно разговаривать, нужно просто принять заказ. Я здесь почти освоилась.

А сейчас все как впервые. Или это потому, что тот красивый мужчина слишком пристально на меня смотрит? Чувствую себя букашкой, которую изучают под увеличительным стеклом.

— Вы готовы сделать заказ? — я даже голос свой не узнаю. Но мужчина молчит, отвечает его спутник.

Он выглядит старше, восточные черты ярче выражены. И судя по виду, платежеспособностью мужчина не уступает приятелю. А значит есть шанс получить неплохие чаевые.

Хотя не факт, они вполне могут оказаться жлобами.

Тот, что постарше, делает заказ, его спутник просит кофе. Уношу заказ на кухню, и уже оттуда слышу выстрелы.

— Прячьтесь, там разборки бандитские, — в кухню влетает Эмилия. Начинается паника.

У меня от страха потеют ладони. У нас приличное заведение, какие еще разборки?

— Полицию вызвали? — спрашиваю напарницу.