Отпусти своего демона

– У «них всех» будет столько же времени для подготовки. И учитывая «их» сегодняшний уровень, я останусь позади.

Полина оторвала глаза от блокнота, испытующе поглядела на Артема и, передумав говорить, снова вернулась к рисованию.

Никита медленно выдохнул: похоже, в последнее время за ним прочно закрепилась роль утешителя, и, честно говоря, ему это нравилось.

– У вас одинаковый уровень. Просто Денни выпендривается, а ты скромничаешь. Он не круче тебя, он громко поет. А ты предпочитаешь отмалчиваться.

– Блин, Ник, что ты вообще несешь? – отмахнулся Свет. – Ты же видел его выступление. Это что-то unreal.

Никита сел на матрасе и требовательно посмотрел на товарища.

– Он сделал какой-то элемент, который ты не смог бы повторить?

– Была там парочка очень сложных. Но думаю, дня за три я бы справился.

– Вот видишь! – Никита обрадованно хлопнул себя по ноге. – Просто он здорово потрудился над комбинациями. Он зрелище подготовил. А ты вышел и просто хорошо, правильно отбегал. Не учел, что судьям и зрителям нужен восторг, а не эффективность. Но это ничего. К следующим соревнованиям ты подготовишься как следует.

– Да, папочка. – Свет высунулся в распахнутое настежь окно и плюнул вниз. Ему совсем не хотелось обсуждать эту тему, но Никита будто специально действовал на нервы. И самое отвратительное, что он, Артем, с легкостью велся на провокации и вступал в диалог. Зачем, спрашивается? Выводы сделаны, планы намечены – что еще обсуждать? Неужели он производит впечатление нытика, нуждавшегося в сочувствии? Он не самый веселый парень на планете, что есть, то есть. Но с апатией или дурным настроением отлично справляется без назойливой помощи.

– Пойду побегаю, скоро вернусь. – Артем перекинул ноги через подоконник и спрыгнул вниз. Он жил на втором этаже и обычно покидал квартиру именно таким образом.

Пол и Никита переглянулись.

– По-моему, ты его достал. – Она отложила блокнот и повозилась в кресле, устраиваясь поудобнее.

– Если бы я его не доставал, он вообще никогда бы не решился показаться на публике.

– Ну, может, оно ему и не надо, – философски заметила Полина.

– Ну да, не надо. Жизнь говно, учеба не радует, будущее размыто, и все вокруг идиоты. Так, по-твоему, лучше? Бред. Если тебя что-то не устраивает, то есть только один идиот – ты сам. Изменить свою жизнь можно, лишь оторвав задницу от дивана. – Никита сделал эмоциональный жест. – Темыч одержим своим паркуром, и ему нужно двигаться в этом направлении. Не согласна?

– В целом согласна. Просто не все люди умеют пробивать стены лбом.

– Для таких случаев имеются специально обученные друзья. – Никита откинулся на матрасе, положив на лоб кулаки. – Знаешь, я ведь ему завидую. По-хорошему. Я никогда ничем не был так увлечен. Чтобы крышу срывало, чтобы ничего другого вокруг не замечать. – Парень помолчал. – Не было и нет у меня никакой важной цели, которая через всю жизнь пролегла бы, понимаешь?

– А музыка?

– А что музыка? Это просто развлечение. Пока мне нравится, а дальше как карты лягут. Я ведь не собираюсь связывать с этим свою карьеру. Несерьезно это как-то.

– А что серьезно? – Пол подтянула босые ноги под себя.

– Серьезно – это когда осознаешь смысл. Когда имеешь всепоглощающее стремление к чему-то. И пусть в твоей жизни царит хаос, но в голове – все определенно и упорядоченно. Потому что ты знаешь, чего по-настоящему хочешь. И будешь добиваться этого год за годом, не опуская рук и не сдаваясь. Это так круто – видеть свой путь. – Никита накрыл глаза ладонями и тяжело вздохнул. – Я просто не позволю Темычу свернуть на левую, второстепенную дорогу. Второстепенные дороги – это моя вотчина.

Парень вздрогнул от неожиданности, когда его волос коснулась чья-то рука. Он распахнул глаза и увидел озабоченное лицо подруги, склонившейся над ним:

– Бедный мой маленький Ники, как же тебе сложно живется!

– Вот ты язва, Полимер, – осуждающе потряс головой Никита. – Я ей душу раскрываю, на серьезные темы вещаю, а она стебется.

Полина широко улыбнулась:

– Довольно в компании одного зануды. Еще и тебя я не выдержу. Оставайся выскочкой, пожалуйста.

– Ах вот как ты думаешь о своих друзьях: зануда и выскочка. А ты тогда кто?

– Как кто? Ясное дело – богиня.

Они рассмеялись.

– Вот ты ржешь, Пол, а я, между прочим, вчера в клубе девушку от изнасилования спас.

– Да ну? Как?

– Самоконтролем, сеструха, самоконтролем.

Полина отвесила ему шутливый подзатыльник.

Когда Артем вернулся, друзья уже спали. Полимер – на раскладывающемся кресле, а Никита на матрасе. В комнате горело настенное бра. Артем осторожно взял толстое пуховое одеяло, постелил его в углу, стянул футболку и лег на живот.

Не прав был Никита, упрекая его в том, что он опустил руки после первой неудачи. Руки он не опустил, и неудачи никакой не было. Деление на места – вещь условная. Сегодня первый, завтра последний, – не в этом дело. Просто там, на окруженной зрителями площадке, Свет увидел нечто, заставившее его изменить свое отношение к Денни.