Отцы и деды

— Возьми меня на руки, — и после паузы добавляет, — Пожалуйста.

Ну, если она так ставит вопрос, то конечно возьму. И даже комментировать не буду. Посадил я ее на плечо, смотрю, телепорт засветился. Первым оттуда старик со шрамами показался, с заклятием наготове. Я не стал ждать, когда он его в меня бросит, активировал свое заклинание. Кошки начали из могил выпрыгивать, а я телепортировался. Домой.

По-хорошему, сразу надо было домой отправляться, потому что не шутки это — исчезновение деда и кража у него артефакта. Родители должны об этом знать. Влетит мне конечно, когда они Иоханну увидят, но лучше пусть мне влетит, чем такие вот события от папы с мамой скрывать.

Это, пожалуй, было логичным решением — отправиться домой к Лину. У него родители — маги. Князь, можно сказать, заместитель Главы Совета. Конечно, он должен заниматься решением возникшей проблемы, а вовсе не юный мажонок с (эх!) кошкой в руках.

Лин переместился не в сам княжеский дворец, а в сад возле него. Объяснил так:

— Отец все что мог, заблокировал. То есть из дворца — куда угодно, а в него — увольте. Будьте так любезны приземлиться за периметром и доложить по всей форме — кто, куда, откуда. Будь я один — да куда угодно, хоть к родителям в спальню, что я сделать, кстати, не решусь. Уж больно мама у меня нервная. А вот с гостями ни-ни. Гостей во дворец только родители притаскивать могут. Мне они, видите ли, не доверяют. На мое робкое "паап!" отец заявил, что готов вернуться к рассмотрению этого вопроса после моего совершеннолетия, но чтобы я на это особо не рассчитывал. Поскольку в некоторых вопросах он деду моему и то больше доверяет, чем своему неумному и любвеобильному отпрыску. Это я цитирую. А мать еще и добавила, что она не нанималась фрейлин Аннет по утрам из моей постели выкидывать. Вот.

— Ты уверен, что стоило мне это все в таких подробностях выкладывать? — интересуюсь я.

— Нервничаю, — поясняет Лин.

Стоим, солнышко светит, птички поют. Лин, задумавшись, за ушком меня почесывает. И я даже урчу от удовольствия. Ну что поделать? Кошкам это нравится. И тут вдруг. Ап!

И я уже лечу на траву, приземляюсь на лапы и сразу прыскаю в сторону. Ну, Лин!

А вот и не Лин. Осторожно поднимаю голову, и что я вижу? Нашего мажонка, завернув ему руки за спину, держит мужчина тот, с крылышками. Кстати, если убрать крылья и приодеть его во что-нибудь более приличное, очень даже интересный такой господин получится. Но я не о том. Напротив Лина стоит маг со шрамами на лице и противная старая ведьма. В общем, лица те же, явление свежее.

— Думал, сбежишь от нас, мальчишка? — неприятно так, с визгливыми интонациями в голосе, говорит старик со шрамами.

— Дяденька, — хнычет Лин, — отпустите, что я Вам такого сделал?

Старик со шрамами нехорошо улыбается:

— Пока ничего…

— Как это ничего?! — кричит тот, что с крылышками, — да он меня…

Фи! А он мне начинал нравиться. Голос у него, как и у того, со шрамами, какой-то гадкий. В самом деле, что такое? Почему у каждого встреченного мною мужчины непременно обнаруживается какой-нибудь недостаток? То выражается он недостаточно правильно, то родословная не та, то пахнет нехорошо. То вдруг, только растаешь, и голос неприятный. Так я точно до свадьбы девственницей останусь. И что? Неприлично? И что с того? Вот выдадут меня за такого сосунка, как Мерлин-младший, так я за всю жизнь так и не узнаю прелестей настоящей плотской любви? А я, между прочим, тоже историю про Дульсинею и Терина читала! Это практически классика! И я прекрасно помню, что говорила моя несостоявшаяся свекровь про брюнета своей мечты! Я так тоже хочу!

Впрочем, что-то я отвлеклась.

— Я теперь знаю, — продолжая улыбаться, говорит старик со шрамом, — как заставить человека захотеть сделать что-либо. Ты, щенок, мне теперь порталы с великой радостью открывать будешь. Да еще просить об этом, как о милости, станешь! Не будешь, как мать твоя, стерва, юлить!

Ой, терзают меня подозрения — смутные, но неприятные. Касающиеся личности этого человека — а не пропавший ли это без вести советник Таурисар? Впрочем, я могу и ошибаться…

— А спроси-ка у него, Таурисарчик, — говорит ведьма, — куда его мерзкий папаша спрятал мой магический предмет — брошь с самоцветами?

Не ошиблась.

Таурисар ухмыляется и берет Лина за подбородок.

— Так куда? — интересуется он.

Мерлин-младший растерянно хлопает ресницами.

— Не знаю, — признается он, как мне кажется, честно.

— Врешь ведь, поганец, — ласково говорит Таурисар.

— Да точно не знаю!

— А если я по-другому у тебя спрошу? — угрожающим тоном произносит маг, замахивается для удара, но тут голос подает тот, что с крыльями:

— Не стоит, Таурисар, бить княжича Эрраде во владениях его отца.

— В самом деле, — вмешивается женщина, — нам бы стоило переместиться.